Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
С мечом в руках Далее
«Легендарный» матч Далее
Гуд кёрлинг! Далее
В четвертом поколении Далее
Лента новостей
15:55 Световым шоу завершился этнофестиваль «Большой Аргиш»
12:05 Якутская варганистка Олена Подлужная приняла участие в «Большом Аргише»
11:30 В кинокомплексе «Родина» показывают фильм «Книга моря»
11:30 Себастиан Агила: «У Таймыра и острова Пасхи много общего»
10:10 В Норильском колледже искусств на сцену вышли «шаманы», «лисы» и «медведи»
Все новости
Нечастая радость
СПЕЦИАЛЬНО ДЛЯ “ЗВ”
30 октября 2014 года, 15:05
Текст: Аркадий ВИНИЦКИЙ
Вообще, ловля тугунка – радость нечастая. Ловится он, как мы уж с вами знаем, с наступления сумерек, и кончается эта рыбалка где-то в первой декаде сентября. Рыбалка ночная, требует участия коллектива, так что собраться всем вместе, да еще ночью, довольно проблематично. С наступлением темноты тугунок смещается вниз по течению. Максимально, что нам удавалось, – три-четыре выезда.
Окончание. Начало в №42 за 23 октября 2014
 
“Вася! Ну как ты себя чувствуешь?”

В конце августа мы его ловили между вторым и третьим перекатами, где Талая делает резкий поворот. Там есть довольно длинная отмель, вдающаяся в речку, где мы и заводили наш неводок. В начале сентября, уже почти в темноте, неводили на Норилке, метрах в двухстах ниже впадения Рыбной, по левому берегу. И хотя без улова не оставались никогда, с каждым выездом он оказывался пожиже, что ли. То есть рыбы попадало много. Но между перекатами в большом прилове была молодь других рыб, и много времени уходило на ее освобождение, а на Норилке улов делился примерно поровну между тугунком и поднимавшейся на нерест ряпушкой. Да какой непривычно тощей, прогонистой. Никогда в другое время мы такой не встречали.
Конечно, не обходилось без приключений. Мы ловили на течении, между перекатами. Для заводки невода решили использовать супер-
аппарат Клима Казгиреевича. Заводчиком в аппарат сел Вася Борода. Он завел невод, и пришла пора подтаскивать левое крыло. То ли мы сильно дернули, то ли Вася неудачно шевельнулся – все-таки аппарат был предназначен для подъема по малым рекам, не для таких процедур, – но он перевернулся – и Вася оказался в воде. На нем были неснимаемые в тундре болотные сапоги, ватник (на воде было прохладно) и зимняя шапка. Он плыл к берегу, течение помогало. Над водой виднелись шапка, Васины усы и брызги, которые он создавал, как кит, при каждом выдохе. Вдоль берега параллельно Васе перемещался Юра Цаболов, очень спортивный и эмоциональный человек. Он готов был броситься спасать Васю, но никак не мог выбрать момент. На ходу он кричал: “Вася! Как ты себя чувствуешь?” Вася молчал. “Тебе не холодно? Плыви к берегу!”–  продолжал Юра. С воды ответа не доносилось. “Вася! Ну как ты себя чувствуешь? Не молчи! Скажи, как ты себя чувствуешь?!” – “Сейчас я возьму камень, – произнес Вася, нащупавший берег и по пояс вставший из воды, – и скажу тебе, как я себя чувствую!”
Мы отжали Васю, подняли аппарат на катер, спустили старенькую “Обушку”, и рыбалка продолжалась.
Однажды на первом выходе мы оказались свидетелями необычайного природного явления. При полном безветрии вдруг исчезли мошка и комары. Потом, снизу со стороны Норилки, появился странный темный туман. Еще через несколько минут мы оказались в густом облаке мошки, той самой, кусачей. Однако она не кусалась, а оседала на всем, что встречалось ей на пути, включая нас, грешных. Все вокруг покрылось толстым, около сантиметра, слоем мошки – кусты, люди, лодка, рюкзаки, вся утварь. Еще через пару минут вся масса, кроме осевших мошек, пролетела мимо нас в сторону Пьяного острова – и опять посветлело. Рыбалка той ночью не удалась, тугунка просто не было. Потом ребята, ночевавшие на Пьяном, рассказали, что вся мошка толстым слоем легла на воду вокруг острова и вода просто забурлила от кормящейся рыбы. Что это было за явление – не знаю и не берусь комментировать.
Скорую или полицию?
Но вернемся к тугунку. В литературе написано, что водится он в холодных реках бассейна Северного Ледовитого океана. Мне доводилось его встречать в Котуе, притоке Хатанги. Мы закрепили на сливе между двумя камнями подсачек, которым выталкивали из воды тайменей, в расчете посмотреть, чем питается таймень в это время, и через час вынули с полведра отборного тугунка. Был конец августа, и тугунок шел уже отнерестившийся. Странно, но экипаж вертолета, знавший каждую кочку в тех краях, никогда до этого тугунка не пробовал. Как-то с Лены бывший норильчанин Саша Кацуров, знавший мою слабость, привез мне ленского тугунка, настолько мелкого, что засолили его в бутылке из-под шампанского, но все равно было очень вкусно. Привозил мне тугунка из Красноярска, где покупал его на рынке, мой друг Володя Литвишко. Но самая неожиданная встреча с тугунком ждала меня впереди. Уже через много времени после моего отъезда из Норильска я, спровоцированный рассказами о сказочной рыбалке, в середине августа поехал с сыном в Финляндию. Остановились на турбазе на озере. Место сказочное: сосновый бор, озеро, в домике сауна. Вокруг росли белые грибы размером с мужскую шапку. Кстати, финны их не собирают и называют “еда русских”. По утрам к домику выходили зайцы. Рыба в озере была. Плотва, подлещики и окуни. Ловили на червя. Однажды подплыли к берегу и в куче мусора, лежавшей на берегу, стали искать червей. Тут из кустов выскочила какая-то бабка и стала на нас орать. Мой сын, учивший в школе английский, перевел, что это ее территория и все, что на ней находится, – ее собственность, включая и эту кучу мусора, и червей в этой куче, и чтобы мы немедленно выматывались и что сейчас она вызовет полицию. Вот оно, звериное лицо капитализма! Мы, конечно, смотались, но червей накопать успели. Однако плотвы, окуней и подлещиков хватало и под Москвой, тем более что размером местная рыба от подмосковной не отличалась.
За отдельные деньги мы записались на форелевую рыбалку, но форель нам попалась только в супе, сваренном в местном трактире. Причем водка в трактире не подавалась – висел плакат, сообщавший всем интересующимся, что это зона спортивного рыболовства. А спорт и алкоголь, как известно, несовместимы. А хорошей рыбки хотелось! Я поехал в ближайший городок, нашел продовольственный магазин. Рыба там была, но только в виде филе. Причем  самая дорогая – филе из речного окуня. Расстроенный, я вышел на улицу, и неожиданно ко мне подошла женщина и заговорила по-русски. Она давно была замужем за финном и соскучилась по родной речи. Узнав о моей проблеме, она сказала, что знает, где купить свежей рыбы, и отвела меня в другой магазин. И там!.. О господи! Я не поверил своим глазам! В мелком льду  на поддоне лежал и ждал, когда же я за ним приду, – тугунок! Назывался он, конечно, по-другому. Тетка назвала его ряпушкой. Я тут же в магазине купил пластмассовое ведерко, килограмма на четыре, и подошел к продавцу.
“Килограмм”, – попросил я. Потом: “Два”. Потом – полное. Продавец отвесил. “А соль тут продается?” Нашли соль. Я надорвал упаковку, сыпанул жменьку в ведро, провернул рукой, достал первого и съел. Поднял глаза и увидел потрясенное лицо продавца. По-моему, он судорожно соображал, что делать. Вызывать скорую помощь? А может, полицию? А может, и тех и других сразу?
Вмешалась тетенька, успокоила продавца, сказала, что все-все, мы сейчас уходим, и вывела меня на улицу. Объяснила, что финны едят только круто соленую рыбу или после тепловой обработки. Я вспомнил свою давнюю поездку в Карелию, как чудесного сига-мончегора мелкой солью мой сосед-карел засолил до степени соленой доски, как он же потрошил мелкую рыбку, попавшую ему в мережу, возможно тугунка, только очень маленького, с мизинец, отрезая рыбкам голову и ногтем выцарапывая, все, что там было, включая икру. И тут я оценил степень потрясения продавца от продемонстрированного мной аттракциона. Зато теперь живущий в Финляндии мой товарищ не забывает в сезон порадовать меня тугунком!
Вот вам и реки Северного Ледовитого океана!
В северных реках, в частности в Енисее, живет родная сестра тугунка – сельдь-туруханка. Как и положено старшей сестре, она покрупнее братца, поупитаннее, но вкусна не меньше. Ловят ее неводами в конце августа ниже Дудинки. Только там можно ее добыть.
В Норильске тугунка не продают! Все, что на рынке вам предлагается под этим названием, ничего общего с ним не имеет.
И наконец, самое главное. Как же нам сохранить тугунка, скажем, до Нового года? Все, что собираетесь навернуть на рыбалке, готовите так, как написано выше. А заготовку для длительного хранения можем провести двумя способами.
Рыбку, предназначенную для хранения, не солим в ведре, а укладываем в пластиковый контейнер, очень аккуратно, одну к другой, рядками. Послойно чуть присаливаем крупной солью. Немного соли – на килограмм половину столовой ложки. Плотно уложив, закрываем крышкой – и больше не трогаем, до дома. Дома все приготовленное для хранения укладываем в морозилку и извлекаем оттуда только накануне потребления.
Ну нет у нас на рыбалке контейнеров. Берем эмалевое ведро. С целой эмалью. Аккуратно, одну к другой, укладываем рыбок. Никаких пересыпаний мисками, никаких черпаков, половников и прочего. Только руками, по одной, со всем уважением. Все, что уложили, заливаем тузлуком. Столовая ложка соли на литр воды. Рыба должна быть покрыта тузлуком. Ставим ведро в речку. По приезде домой сливаем тузлук и по одной (!) укладываем рыбок в контейнер – и опять же в морозилку. Не советую экспериментов с перекладкой на балкон, в морозы. Важен стабильный режим заморозки.
0

Читайте также в этом номере:

Нельзя нам прошлое забыть (Лариса СТЕЦЕВИЧ)
Акценты сохраняются (Виктор ЦАРЕВ)
Чемпионат рабочих профессий (Татьяна ЕРМОЛАЕВА)
Логика плюс творчество (Валентина ВАЧАЕВА)
Мир бренда (Татьяна ЕРМОЛАЕВА)
К нам приходят через гирю (Татьяна РЫЧКОВА)
Карты на руки (Елена ПОПОВА)
Игла на выбывание (Елена ПОПОВА)
На первых ролях (Валентина ВАЧАЕВА)
Вход по пригласительным (Татьяна РЫЧКОВА)
На новую дорожку (Денис КОЖЕВНИКОВ)
Ни вверх, ни вниз (Валентина ВАЧАЕВА)
Диксон вы найти смогли бы? (Лариса ФЕДИШИНА)
Платья эпохи Романовых (Татьяна РЫЧКОВА)
Красота подземная (Елена ПОПОВА)
Школа ремонта (Лариса СТЕЦЕВИЧ)
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск