Норильчанина Виктора ДИКОНЕНКО нашим читателям представлять не надо. Многие знают его как руководителя краевого отделения Федерации армейского рукопашного боя. Его трудовая биография началась на руднике “Заполярный”, куда он в 16 лет устроился горнорабочим первого разряда. За 25 лет работы на разных предприятиях “Норникеля” Виктор Диконенко прошел путь от простого рабочего до руководителя. И сегодня, имея за плечами два высших образования, он, как заместитель начальника цеха по обеспечению жизнедеятельности никелевого завода, в команде специалистов отвечает за процесс демонтажа оборудования и консервацию предприятия.

Демонтаж под контролем В июле 2016 года перестали дымить трубы никелевого завода. Закрылись двери плавильного и обжигового цехов, из конвертера были вылиты последние тонны никеля в файнштейне и перестали работать рудно-термические печи, а в обжиговом выплавили последние аноды. Еще раньше, 28 июня, закончил работу и агломерационный цех. Начался этап консервации и ликвидации предприятия – зачистка и переплавка всех оборотных материалов. Демонтаж, рассчитанный на несколько лет, доверен специалистам производственного объединения “Норильскремонт” ООО “Норильскникельремонт”. Для этого был создан специальный цех обеспечения жизнедеятельности никелевого завода. – Цех контролирует хозяйство, которое осталось на огромной территории завода, – рассказывает Виктор Диконенко, заместитель начальника цеха. – В первую очередь это энергетическое оборудование, системы тепловодоснабжения, канализационные системы, наземные и подземные коммуникации. Никелевый и сегодня завязан энергетической системой и системой тепловодоснабжения с ЦАТК, НПОПАТ, Норильской железной дорогой и другими  предприятиями, которые по-прежнему должны своевременно получать тепло и воду. Обеспечение их этими коммуникациями – также задача работников нашего цеха. Кроме того, есть еще здания и сооружения, металлоконструкции, грузоподъемные механизмы. Чтобы все работы выполнить качественно и в срок, необходимы настоящие профессионалы. Поэтому при организации нашего цеха предпочтение отдавали бывшим работникам никелевого завода. Тем, кто понимает технологию металлургии, разбирается в строительстве и экономике. Кстати, Виктор Диконенко и сам много лет отработал начальником участка треста по ремонту основных фондов никелевого и цементного заводов, поэтому всю технологическую начинку, от болта до подины, знает наизусть. От завода еще есть польза – На территорию завода мы зашли в июле и начали демонтаж оборудования агломерационного цеха, – рассказывает Виктор Диконенко. – Уже в августе перешли в плавильный. Там прежде всего разобрали рудно-термическую печь №1, затем остальные печи и конвертеры. При разборке печей в первую очередь демонтировали цветной металл: нержавейку и медь, то есть металлоконструкции торцов печи, контактные “щеки”, через которые подается напряжение на электроды, затем кирпичную кладку стен с водоохлаждаемыми кессонами. Металлоконструкции резали и сдавали на металлолом. Огнеупоры, очищенные от настыля, шли в утиль, а вот сам настыль – на переплавку, потому что в нем за годы работы печи накопилось достаточно большое содержание никеля. Следующий этап – печи РНБ-5500 обжигового цеха (печь переменного тока редукционной наклонной бочки), по-другому их еще называют печами-кастрюльками. На момент демонтажа срок их эксплуатации не вышел, но не выбрасывать же такое добро. Поэтому было принято решение, не разбирая, целиком аккуратно вырезать их и отправить не только в другие подразделения Заполярного филиала, но и коллегам в Кольскую ГМК. Также поступают и с кабельным оборудованием, то есть очень дорогим цветметом. Его, как и печи-кастрюльки, вырезают, стараясь не повредить, и отправляют потребителям. Еще одна ценнейшая вещь – гигантские трансформаторы никелевого. Чтобы их перебазировать, приходится специально заказывать 120-тонные или 140-тонные краны. В основном все оборудование завода по-прежнему ценный материал, пригодный для переработки. Поэтому какая-то часть его уходит на другие предприятия. Например, вакуумные насосы – на “Надежду” и медный. Забирают на рудники вентиляторы и редукторы. На разных объектах – а на никелевом пять цехов плюс вспомогательные службы – одновременно работают все бригады цеха обеспечения. Всего около 140 человек. В основном это энергетики и слесари-сантехники. Есть здесь своя диспетчерская служба, служба по надзору и служба механиков. И все они трудятся в круглосуточном режиме. По словам Диконенко, процесс организован по-хозяйски: ни одного болта и ни одной гайки не пропадает. Чтобы не вводить людей в искушение, охрана завода усилена. – Работы много, сложной и разнообразной. Хотя технологический процесс и остановлен, но коммуникации по-прежнему действуют. Особенно сложно из-за перепадов температур, когда то мороз, то оттепель: приходится бороться с обледенением. Но мы справляемся с поставленными задачами в полном объеме. Уже полностью демонтировано оборудование на участке производства хлора в хлорно-кобальтовом цехе, здание участка закрыто на консервацию. Разобраны печи и огнеупоры в плавильном, срезаны вентиляторы и редукторы в агломерационном. Но трубы никелевого все еще стоят. Сегодня продолжаются работы по резке металлоконструкций в остальных цехах, демонтажу цветмета. Уже приступили к извлечению металлосодержащих материалов. Чего и сколько извлекается, Виктор Диконенко назвать отказался – информация для служебного пользования. Ясно одно: работы предостаточно, и никелевый даже в разобранном виде еще послужит “Норникелю”.