Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
Экстрим по душе Далее
Гуд кёрлинг! Далее
С мечом в руках Далее
В четвертом поколении Далее
Лента новостей
15:00 Любители косплея провели фестиваль GeekOn в Норильске
14:10 Региональный оператор не может вывезти мусор из поселков Таймыра
14:05 На предприятиях Заполярного филиала «Норникеля» зажигают елки
13:25 В Публичной библиотеке начали монтировать выставку «Книга Севера»
13:05 В 2020 году на Таймыре планируется рост налоговых и неналоговых доходов
Все новости
Задача – наращиваем позитив
ДИНАСТИИ: СМЕНА РАСТЕТ
5 марта 2015 года, 15:48
Фото: Николай ЩИПКО
Текст: Татьяна РЫЧКОВА
Трудовые династии на производстве иногда образуются совершенно неожиданно. Именно так случилось, когда на рудник “Таймырский” пришел Владимир ГНЕДЬКО. Собирался стать оператором, стал машинистом электровоза. Родители – Сергей и Светлана, работники “Таймырского” со стажем, удивились, но выбор сына одобрили.
– Сергей Васильевич, помнится, мы встречались с вами лет семь назад. Это было интервью в машине, вместе со Светланой вы мчались на репетицию, готовились к участию в проекте “Мой любимый Дед Мороз”. У вас двое сыновей. Володе, который выступал вместе с вами, было лет 17?
– Да, тогда мы вызвали его из Москвы, где он учился на курсах для поступления в институт телевидения и радио, хотел стать оператором.
– Так это не он стал продолжателем династии?
– Он.
– Такой интересный поворот судьбы?
– Да, прожив немного в больших столицах, он сказал: “Наверное, это не мое” – и пошел в армию. Отслужил, приехал сюда, и мы всей семьей (нам путевку выделили) поехали в Сочи, в санаторий “Заполярье”. Вова там остался и год проработал аниматором, стал личностью известной. Вернулся в Норильск менять паспорт, сказал: “Папа, хочу работать здесь”. Устроился на рудник доставщиком. Это работа не из легких, а я еще и попросил, чтобы там его напрягли очень хорошо. Была надежда, что он все-таки пойдет учиться. Смотрю: ни в какую не сдается, хочет быть рабочим. И все: год проработал доставщиком, отправили его от “Таймырского” на курсы машинистов электровоза. Работает сейчас по этой специальности. Я могу смело сказать, что у него сейчас на работе глазки-то горят. Может быть, это и его. Время покажет.
– По работе представители династии Гнедько как-то взаимосвязаны?
– На тот момент, когда Володя устроился в штат, мама у нас работала машинистом подъема на скиповом стволе. Получилось так: папа руду добывает (я тогда работал на добычном участке), сын возит, мама поднимает. Потом маме предложили работу инженера по зданиям и сооружениям в отделе главного механика. А меня не далее как перед Новым годом назначили на  должность заместителя главного инженера по буровзрывным работам. Хороший “подарок”.
– С чего все начиналось: институт и так далее?
– Нет. Начиналось все с того, что я три года отслужил в Военно-морском флоте, потом приехал к родителям в Норильск, устроился на рудник проходчиком. Работал-работал, в один прекрасный момент мой начальник участка Николай Иванович Щетинин спрашивает: “Чего ты не пойдешь учиться? Не дурак же вроде?” – “Да вроде не дурак”. И собрался, и пошел, уже имея двоих детей, на вечернее отделение в наш Норильский индустриальный.
 
Закалка – от дедушки
– Стали учиться на горного инженера, а дальше?  
– Тогда директором рудника был еще Владимир Николаевич Карелин. Буквально сразу меня назначили на один из непростых переделов (легких-то нет профессий, если к ним относиться нормально) – электромехаником на тракт выдачи руды СС-3. Я там отработал где-то год, и после этого меня сразу же поставили на участок ПЗК (породозакладочный комплекс) начальником участка.  Предлагались нелегкие участки, интересно было попробовать, смогу ли я здесь.
– Ответственность не пугала?
– Честно, не боялся, да и времени на раздумья не давали.
– Военно-морская закалка?
– Служба на флоте закрепила то, что впиталось с молоком матери. У нас не принято говорить: “Я подумаю…”  Когда мои  родители уехали из Белоруссии на Север, как говорили тогда, за длинным рублем, я остался с бабушкой и дедушкой. Дед был старой закалки, скажет: “Траву коси”, значит, коси. Я и детей своих так же воспитываю, и на работе, считаю, должно быть так же: если человек старше по возрасту, званию, должности, нужно относиться к нему уважительно.
– Где еще успели поработать?  
– После ПЗК предложили перейти начальником на один из самых серьезных больших участков – первый добычный. Я тоже не сомневался и пошел. Уж это дело точно мое – добыча руды. Четыре или пять лет там отработал, и мне предложили должность заместителя главного инженера шахты №1. И вот сейчас я заместитель главного инженера по буровзрывным работам.
– Психологи советуют научиться получать от работы удовольствие. В вашей непростой, подземной профессии это удается?
– Конечно. Меня не далее как сегодня перед штабом спросили: “Васильич, что нового?” На что я ответил: “Наращиваем позитивные эмоции”.
– Расшифруйте, пожалуйста.
– Во всем нужно видеть позитив. Все мы люди, никто не застрахован от ошибок, пусть даже небольших. Это же тоже позитив – осознать, что ты совершил ошибку и, значит, больше ее не повторишь. А если раз за разом, ступенька за ступенькой все удается и получается, везде все хорошо – тут-то уже стоит насторожиться. Не может жизнь быть сплошной белой полосой. Но если это вдруг действительно так, к этому тоже можно отнестись хоть и настороженно, но все равно с позитивом.
 
И зачем я сюда полез?
– Сергей Васильевич, можете назвать какие-то “фишки” “Таймырского”?

– Я, можно сказать, всю свою сознательную жизнь работаю на руднике “Таймырский”. Это же кузница кадров! Нынешний директор “Октябрьского” – с “Таймырского”, директор “Комсомольского” – тоже. Вот и “фишки”. Мало того, так получилось, что все они в свое время работали на восьмом участке: и Сергей Александрович Горбачев, и Талгат Сакенович Муштекенов, и Алексей Владимирович Былков – директор “Таймырского”, и мне повезло! Чем отличается рудник “Таймырский”? Наверное, тем, что люди, которые на нем работают (как правило, долго), его любят. В основном это хорошие люди, плохие здесь не задерживаются.
– Ваше рабочее место сейчас больше на земле или под землей?
– Постоянно спускаюсь вниз. У нас есть комплекс мероприятий по осуществлению контроля безопасности производства работ, да и личное присутствие на рабочих местах позволяет более емко оценить ситуацию – лучше один раз увидеть... Иногда требуется мое вмешательство. Вперед – и пока не решил проблему. Накапливаем позитив и там.
– Помните свой первый спуск под землю?
– Очень хорошо. Меня переодели во все новенькое. И когда в лифт этот, то есть в клеть, мы зашли и поехали вниз, первой мыслью было: “И на фиг я сюда полез?” А когда прошлись по горным выработкам и зашли в забой, сразу что-то екнуло и подумалось: “Ну, наверное, здесь я буду долго”. Я хорошо это запомнил. И потом, ко мне отношение как ко вновь пришедшему и молодому работнику было очень хорошее. Мы с моим наставником Вячеславом Балакиным в “Одноклассниках” друзья до сих пор, хотя он давно уехал. Когда человек вспоминает: “Был у меня такой учитель” – это же дорогого стоит.
Очень важно подготовить себе смену, наша задача – оставить после себя след, чтобы те люди, которые после тебя придут, владели своей профессией лучше тебя. Мы же хотим, чтобы наши дети были лучше нас.
 
Творческие способности пригодились
– Почти вся семья на одном предприятии – это хорошо?

– Наверное, очень хорошо, потому что можем и отпуска вместе планировать, и в культурных мероприятиях участвовать, и опыт передавать мне  легче, когда сын работает на “Таймырском”, нежели бы он устроился на другое предприятие. Я знаю весь расклад, могу подсказать, на что обратить внимание в плане техники безопасности.
– Вы внештатный наставник сына?
– Все-таки больше штатный. Сколько раз спускался втихаря, где-то хотел его поймать с нарушением – не получается.
– Творческие способности Вовы на “Таймырском” пригодились?
– Да, в 2013 году, например, мы вместе с ним вели концерт к 8 Марта. Он играет на гитаре, поет, пишет стихи, сейчас увлекается фаер-шоу – танцами с огнем, выписал все необходимые атрибуты, возле нашего гаража такой концерт устроил для семьи. Я прямо с работы туда поехал, он уже шашлык приготовил, когда стемнело, говорит: “Я сейчас вам покажу…” Музыку включил и устроил шоу. 9 января ему исполнилось 24 года, младшему, Илье, 16 марта будет 21. А мы с супругой в апреле отметим серебряную свадьбу – 25 лет вместе. Обдумываем сейчас, как будем отмечать. Планируем повенчаться на материке, так как почти все наши родственники и знакомые живут там.
– Вы по-прежнему любите путешествовать всей семьей на машине и встречать Новый год в каком-нибудь новом месте?
–  Путешествия никто не отменял. Не далее как этим летом мы посетили Шушенское, ходили по Ленинским местам, были на  Саяно-Шушенской ГЭС – отлично покатались. На Новый год побывали в Таиланде, там есть что посмотреть.  У нас еще Байкал не освоен, такие красивые места. Очень хочу туда. Не знаю, получится не получится этим летом.
– Машину водите вы?
– А у меня вся семья с правами, одна машина, правда, на всех, но ничего, хватает. Сын летом предпочитает мотоцикл.
– Крепкая семья – хорошие работники? Помните банальную формулу: счастье – это когда с удовольствием идешь на работу и с таким же удовольствием возвращаешься домой. У вас так?
– Да, конечно. Во-первых, если бы не семья, если бы не ее поддержка, я бы при двух детях не окончил институт. Спасибо жене, она же держала на плечах их воспитание. Если бы не два моих пацана, которые занимаются спортом, в какой бы форме я сейчас был?
– Так это они вас к спорту приобщают, а не вы их?
– Сначала я, теперь уже они не дают посидеть спокойно. Младший (он сейчас учится в Красноярске в медицинском университете), когда мы в очередной раз встречаемся, ведь не успокоится, пока мы в боулинг не сходим, не сыграем. Они в очередной раз попытаются у меня выиграть, и у них ничего не получится. Семья для работы имеет очень большое значение. Если в семье все хорошо, значит, и на работе тоже. Но самое основное правило: никогда с работы не неси негатив домой, а из дома на работу.
 
И Москва не сразу строилась
В этом месте нашей с Сергеем Васильевичем беседы в кабинет на десять минут заходит его жена Светлана. Сразу бросается в глаза: оба супруга голубоглазые и одеты в тон. На нем бирюзовая рубашка, у нее кофточка такого же цвета, на ней серые джинсы, на нем серый костюм. Семейная гармония налицо. А может быть, это чисто горняцкая традиция. Когда по долгу службы попадаешь на корпоративы рудников, обращаешь внимание: у каждого мужчины в шкафу обязательно имеется элегантный костюм на выход, у женщин – нарядные платья.
Впрочем, красивое платье в гардеробе Светланы присутствовало и тогда, когда она работала в геодезической группе канувшей в Лету организации “Гидроспецфундаментстрой”. Там же водителем трудился Сергей. Ей было 20, ему – чуть больше.  Познакомились на новогоднем корпоративе.
Сегодня очевидно: супруги крепко стоят на ногах. Сергей Васильевич – участник программы “Наш дом”, очень доволен  квартирой в Раменском. Перед Новым годом Гнедько приобрели через ипотеку квартиру для младшего сына в Красноярске.  Стабильность пришла не сразу, сначала пришлось как следует поработать и пережить не совсем приятные времена.
Светлана вспоминает, как в 1997 году, после рождения второго ребенка, приехала из отпуска и узнала, что осталась без работы, так как ее организация закрылась. Трудоустроиться тогда  было сложно, поэтому, когда однажды предложили: “Пойдешь на “Таймырский” уборщицей?” – сразу же согласилась.
–  На одном предприятии с мужем – это же хорошо! Что такое – сидеть без работы? Пришла на ствол СС-3, через год окончила курсы машинистов подъема, отработала 13 лет машинистом подъемной машины, – говорит супруга Сергея.
Ну а сейчас Светлана, как уже упомянул выше ее муж, –  инженер по ремонту в отделе главного механика. Пригодилось образование, полученное в строительном техникуме.
– Светлана, вас не напрягает активный отдых на колесах, который предлагает ваш муж?
– Да вы что! Вообще прелесть, я сама за рулем не прочь посидеть, люблю машину.
 
Мастера – восклицательный знак
Светлана, у которой много работы, прощается с нами. Лично увидеть Владимира не получилось, младший представитель династии уехал в отпуск. Мы тоже готовы к отъезду. Напоследок успеваем узнать: хозяин  кабинета своими руками оклеил хоть и новую, но скучную, серого цвета, мебель зеленой пленкой. Получилась стилизация в духе  солидного кабинета начала прошлого века.
– Я люблю, чтобы для души, – рассказывает о своих предпочтениях Сергей Васильевич. – Мы же на работе столько времени проводим. И светильники заказал, какие надо для цветов. Очень люблю зелень – такую, какая сразу понравилась. Например, вот этот – я его крапивой называю. Душа лежит, мне больше ничего не надо. Рыбачить люблю, активный отдых на природе, зимнюю палатку по Интернету заказал, она отапливается, можно использовать как баню. Мы прямо отсюда, с работы, прошлым летом вместе с товарищем выходили, шли в гараж, снимали пиджачки, вешали и тут же отправлялись за грибами в сторону дач “Октябрьского”. Далеко не уедешь, чтобы на связи постоянно быть по структуре работы.
Работа у главы династии серьезная, участок – ответственный:
– Как я сказал недавно на собрании, участок взрывных работ ставит восклицательный знак в работе всего рудника. Существует бурение, отгрузка, подготовка, продувка и прочая. А взрывник должен проследить, правильно ли забой подготовлен к производству взрывных работ, правильно ли забурен, соблюден ли паспорт, соответствуют ли крепления всем нормативам, в порядке ли вентиляция. Недаром же профессия называется “мастер-взрывник”.
Обращает на себя внимание коллекция бонистики под  стеклом стола хозяина кабинета. Денежные знаки разных стран и времен: царской России, Советского Союза, Молдавии, родной Белоруссии, Казахстана, Украины, Таиланда –  по большей части сами собой стекаются в его кабинет, рассказывает Сергей Гнедько:
– Получилось все случайно и спонтанно. Кто-то приезжает из отпуска и привозит. Кто-то спрашивает: “Доллар у тебя есть, а пяти нет? На, возьми”. Третий замечает : “А у тебя молдавских нет…” Люди заходят и пополняют коллекцию. Один парень из Украины обрадовался гривнам, как друзьям: “Ой, наши деньги”.
Таким образом, из собрания нечаянно получился интернациональный проект. Что довольно-таки символично: на “Норильском никеле” работают разные люди (в том числе династии) разных национальностей. И соседствуют мирно. Но это уже другая история...
Отпуск на колесах – что может быть лучше? Фото на память о Красноярском море
В 2013-м отец и сын Гнедько вели праздничный концерт. Конечно, поздравили и Светлану
0

Читайте также в этом номере:

Метры свои и чужие (Мария ГРИГОРЬЕВА)
Территория развития (Виктор ЦАРЕВ)
Долгий путь (Екатерина БАРКОВА)
Золото и надежда на него (Екатерина БАРКОВА)
Этапы большой работы (Ростислав ЗОЛОТАРЕВ)
В целом и в частности (Лариса СТЕЦЕВИЧ)
Пенсионный расчет (Татьяна ЕРМОЛАЕВА)
Рабочая хватка (Мария ГРИГОРЬЕВА)
Новое поколение мастеров (Мария ГРИГОРЬЕВА)
Неоконченный разговор (Лариса СТЕЦЕВИЧ)
Музыка Вечного огня (Денис КОЖЕВНИКОВ)
Все решится в Сыктывкаре (Татьяна ЕРМОЛАЕВА)
Солист оркестра (Лариса ЛИПСКАЯ)
Неслабые девушки (Екатерина БАРКОВА)
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск