Бывают люди, судьбы которых становятся сценариями к фильмам – настолько они удивительны. О жизни Владимира КУЦА можно снять сериал: в ней столько неожиданных поворотов, драматических, захватывающих и порой комических сюжетов, что и придумывать ничего не надо. Такое кино стало бы еще и ретроспективой, потому что главный его герой – участник многих событий, происходивших в стране, да что там – в мире, еще до начала Великой Отечественной войны.

Недавно Владимир Куц стал почетным гражданином Норильска. Решение об этом было принято горсоветом еще прошлой осенью, но торжественная церемония состоялась во время празднования Дня металлурга, Дня компании и Дня города. К этим праздникам Владимиру Терентьевичу еще не исполнилось 90 лет, но он и не выглядит на свой возраст – столько в нем энергии. Ее хватило на жизнь, полную событий, и явно осталось еще немало. Детство Владимира Куца закончилось в 1942 году, когда он был угнан с Полтавщины в Германию, где 14-летнего подростка определили в батраки. Когда в деревеньку в предгорьях германских Альп входили американские войска, сообразительный парень предупредил головной дозор о засаде, и союзники взяли его с собой. С 4-й пехотной дивизией США Владимир Куц прошел часть Западной Германии и весной 1945 года оказался у реки Эннс, где подразделение, в котором он служил, встретилось с советскими войсками. Вернувшись к своим, Владимир Куц стал контрразведчиком 5-й гвардейской воздушно-десантной дивизии. Осенью с наказом никогда не рассказывать о службе в американской армии 17-летнего солдата демобилизовали. Уже этих приключений любому человеку было бы достаточно, чтобы проклинать судьбу и благодарить одновременно за то, что оставила в живых. Но все только начиналось. В Норильск Владимира Куца судьба завела вслед за его отцом, который был обвинен ни много ни мало в подготовке покушения на Сталина и направлен по этапу в Норильск. Сюда отправился и его сын. Никакая газетная статья не вместит всех подробностей этого путешествия, как и многих других его историй, впечатлений человека, который вместо нормального отрочества получал один за другим жесткие уроки выживания в военное и послевоенное время, попадая в нелегкие и опасные ситуации. Наверное, поэтому спустя много лет Владимир Терентьевич написал о них книгу “Поединок с судьбой”. Такое название абсолютно оправданно – судьба вызывала его на бой многократно. В книге он рассказал, как добирался сюда в 1946 году – пароходом “Иосиф Сталин”, везущим в Дудинку сотни заключенных, без документов, денег и билетов. Как помогали случайно встретившиеся люди, и какие! Например, одним из первых, кого встретил Куц, очнувшись после путешествия зайцем в товарном вагоне из Дудинского порта в Норильск, был Валерий Буре. Дед хоккейной суперзвезды Павла Буре прибыл сюда тоже по 58-й статье и работал на медном заводе. Именно он помог Куцу стать чемпионом Красноярского края по плаванию. Впрочем, в книге упомянуто еще много имен, значимых в истории нашего города или даже страны. Много здесь побывало особенных людей, и почти все не по своей воле. Вперед и вверх Отец не сразу признал сына, которого видел до этого десять лет назад девятилетним мальчиком. Не сразу поверил в истории о том, через что парню пришлось пройти. Но потом все-таки почувствовал в нем родную кровь. И началась новая жизнь молодого Куца в Заполярье, где он прожил в общей сложности 27 лет. Сначала устроился дежурным бойлерных установок на ТЭЦ. “Тащили меня в электрики, да мне и самому нравилась эта благородная профессия, но пошел работать дежурным у бойлеров. Там давали больше хлеба на карточки, – вспоминает он. – На ТЭЦ в основном работали заключенные или отсидевшие. Нас, чистых “вольняшек”, было очень мало. Была своя комсомольская организация, и мне через полгода работы предложили вступить в комсомол. Я думал, что ослышался: меня – и в комсомол? Наверное, не знают моих “заслуг”: был в оккупации под немцами, три года в немецких лагерях, отец только что вышел из лагеря, в котором сидел по 58-й, политической статье, – и вдруг в комсомол”. Чем бы ни приходилось заниматься Владимиру Куцу, он все делал с усердием и умом. Для него вообще характерно непрерывное развитие. Он все время учился. В 1949 году его перевели с ТЭЦ в цех связи комбината, через пару месяцев работы монтером и мастером назначили начальником телефонной станции поселка Норильск, а еще через некоторое время – начальником телефонной станции и АТС комбината. – В 1953 году я окончил третий курс энергетического факультета заочного института, и передо мной встал вопрос о переходе на работу по специальности. В управлении главного энергетика комбината, куда входила и контора связи, знали меня как добросовестного работника и вскоре перевели мастером электроцеха ТЭЦ. Куц постоянно двигался вперед. После падения Хрущева директор Норильского комбината был переведен в Москву и пригласил Куца на работу в аппарат министерства. Так он стал главным энергетиком медно-кобальтовой промышленности, а затем заместителем начальника Главного управления Госснаба СССР. Являлся уполномоченным по обеспечению строительства объектов первостепенной государственной важности, в том числе Саянского и Таджикского алюминиевых заводов и других крупнейших строек страны. То, что сейчас называют его вкладом в развитие города и комбината, было непростой задачей. С появлением Талнаха и началом стройки Надеждинского завода объем строительно-монтажных работ в Норильске был равен объему строительно-монтажных работ всего министерства. Я чуть ли не закон преступал, работая в Госснабе, чтобы обеспечить эти стройки, меня едва с должности не снимали, но я считал это своим долгом, – вспоминает он. Город ответил взаимностью Приехав в северный город на праздники и для того, чтобы принять звание почетного гражданина Норильска, Владимир Куц побывал там, где жил и работал десятки лет назад. Походил по цехам ТЭЦ-1, с одобрением оглядывая сильно изменившееся предприятие: – Старого ничего не осталось, – констатирует он. – Так и должно быть, это прогресс. Раньше перекреститься надо было, прежде чем зайти в котельный цех. Это страшно было: загазованность, запыленность, запускать оборудование было проблемой. Сейчас же здесь замечательное предприятие, поздравляю. Норильск тоже произвел на Владимира Терентьевича впечатление. – Город чистый, я его не видел таким. А мне есть с чем сравнивать. В Москве дожди, а здесь солнце светит, – делится он впечатлениями. – Этот город дал мне счастье. Вся моя трудовая деятельность, где бы я ни работал, была связана с Норильском. До него я был сыном врага народа, был в лагерях, на фронте… А с момента приезда сюда началась счастливая полоса в моей жизни. Без Норильска я бы не стал тем, кто я есть сейчас. После экскурсий, полных воспоминаний, Владимир Куц отправился в городской музей, где в торжественной обстановке получил звание почетного гражданина Норильска – за участие в развитии города и комбината в послевоенный период и за боевые заслуги по защите Родины в годы Великой Отечественной войны. Я ветеран труда Норильского комбината, ветеран труда Москвы, почетный ветеран Красноярского края и города Москвы, почетный ветеран Воздушно-десантных войск, почетный гражданин штата Техас (у меня есть американские награды). А теперь и почетный гражданин Норильска. И это самая высокая награда, потому что я боготворю Норильск, и он мне ответил взаимностью.   Из книги Владимира Куца “Поединок с судьбой”   “...Норильск мне страшно не понравился: одни сплошные зоны, кругом колючая проволока, бараки да балки. Только на Севастопольской улице стояли трехэтажные блочные дома да один четырехэтажный, в котором находились и кинотеатр, и столовая, и библиотека, и общежитие. Такой же примерно пятачок тундры был застроен на Нулевом пикете, с двумя улицами – Железнодорожной и Горной. Пара трехэтажных домиков находилась в районе озера Долгого – Соцгород. Вот и весь “вольный” поселок Норильск того периода, остальное – зоны, зоны и бескрайняя тундра”.   “…В Норильске было порядка пятидесяти лаготделений и лагпунктов, в которых ежегодно находилось около 300 тысяч заключенных (по некоторым документам, около 400 тысяч)… Как в страшном сне вижу колонны заключенных, которых гонят из зоны в зону (жилая – производственная), с работы на работу… Хотя я видел все это ежедневно, годами, но жуть меня не покидала. К такому привыкнуть невозможно”.   “…В те послевоенные годы в лагерях находились изменники Родины, каратели, военные преступники и ребятишки, унесшие с поля десяток картофелин или горсть зерна. Рядом с рецидивистами и неисправимыми бандюгами-убийцами жили невинные люди, случайно завернувшие селедку в газету с портретом вождя. Но что характерно: сроки их наказания несоразмерны с содеянными ими поступками”.   “– Уголь, наверное, золотой? – поинтересовался я. – Сколько надо трудов, чтобы доставить его на Север. – Что ты! Угля у нас навалом. Пласты его выходят даже на поверхность, – сказал отец. – Здесь все есть. Видел у станции две горы? Одна гора, Шмидтиха, полна угля, а другая – чего там нет! – и никель, и медь, и платина, и золото-серебро. Думаешь, зря сюда нагнали столько зэков? Да, кормят и одевают здесь лучше, чем в других лагерях. Один никель чего стоит – без него на войне была бы хана”.   “…Выбежав как-то ночью в туалет, я увидел, что горит никелевый завод. Я поднял страшный шум, призывая всех бежать тушить огонь, за что едва не схлопотал по шее от разбуженных мною людей. Оказывается, это сливали в отвал металлургические шлаки, а я принял это за пожар”.   “Бог дал мне жизнь, он ее и заберет. Но я благодарен Ему, что оставил после себя детей и внуков, посадил не одно дерево, построил не только дом, а вместе с людьми (заключенными и вольными) целый город, и не где-нибудь, а за Полярным кругом. И я ощущаю себя вполне счастливым человеком”.

С супругой Ниной Даниловной Встреча с президентом РФ Владимир Куц вспоминает, как раньше работали на ТЭЦ. Директор предприятия Николай Овчаров рассказывает, как здесь работают сейчас