Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
Экстрим по душе Далее
В четвертом поколении Далее
Бесконечная красота Поморья Далее
С мечом в руках Далее
Лента новостей
15:00 Любители косплея провели фестиваль GeekOn в Норильске
14:10 Региональный оператор не может вывезти мусор из поселков Таймыра
14:05 На предприятиях Заполярного филиала «Норникеля» зажигают елки
13:25 В Публичной библиотеке начали монтировать выставку «Книга Севера»
13:05 В 2020 году на Таймыре планируется рост налоговых и неналоговых доходов
Все новости
Не просто красивые слова
ШТРИХИ К ПОРТРЕТУ
9 июня 2016 года, 14:50
Текст: Елена ПОПОВА
Среди норильчан старшего поколения часто можно встретить людей, проработавших на одном месте десятки лет. Что ими движет? Сергей РАДЧЕНКО, электрослесарь дежурный и по ремонту оборудования ПУРСО-4 специализированного шахто-ремонтного управления (“Норильскникельремонт”), считает: только так можно стать настоящим профессионалом.
Слушать Сергея Ивановича можно до бесконечности. Кто, как не он, лучше расскажет о том, с чего начинался Талнах? Семья семилетнего мальчика приехала в поселок на грузовой машине в 1964 году. Дороги в Талнах еще не было. Дома – деревянные и двухэтажные.
– Помню, привезли в тундру щиты, и родители помогали строителям возводить четырехквартирные дома, – рассказывает старожил. – Своего жилья у нас еще не было. Балки и финские домики потом образовали улицы поселка геологов – Весеннюю, Солнечную и Геологическую.
Сегодня это кажется удивительным, но трудовая карьера нашего героя началась, когда ему было 14 лет.
– Начальник партии в поселке разрешил помогать отцу-инвалиду, – объясняет мой собеседник, – а в 16, только-только окончив школу, я уже устроился электриком на рудник “Маяк”.
Потом в его жизни были шесть лет работы в Талнахской геолого-разведочной экспедиции. Вертолеты, вездеходы… Романтика!
– Я молодой, мне все интересно было. Ездил по буровым. На Ергалах, Микчангду, к Карским Воротам… – рассказывает о себе Сергей Иванович. – Не знаю, как бы иначе я смог столько всего посмотреть? Здесь, в Норильске, когда едешь на рыбалку, охоту, дальше Пясины обычно не выбираешься.
После женитьбы, когда остро встал финансовый вопрос, Сергей перевелся на монтажника, а после рождения ребенка, в 1984 году, перешел на рудник “Комсомольский” проходчиком.
– Темно поначалу, непривычно в шахте показалось… А потом я перестал ощущать, что нахожусь под землей, – вспоминает производственник. – Поступил в Норильский индустриальный институт на специальность “электроснабжение” и – таковы тогда были правила – пошел работать по профессии, электриком. Это мне так понравилось! Думаю: что же я столько времени в геологии-то провел, мотался по буровым? Хотя, в принципе, делать в комплексной бригаде мне все приходилось: и электриком работать, и бурить. Удостоверения у меня все были, проблем никаких.
Сменить профиль деятельности Сергею Радченко пришлось неожиданно. Он вспоминает: приехал как-то из отпуска, а на предприятии – реорганизация.
– Механик с другого участка мне говорит: “Ты уже числишься у нас, на ремонте буровых”. – “Да я их в глаза не видел!” – “Научишься”. А куда деваться? – рассуждает производственник. – Пришлось учиться – ремонту буровых установок, вспомогательного оборудования, погрузчиков.
Зачем под землей заяц и черепаха?
За 30 лет работы под землей Сергей Радченко стал, что называется, штучным специалистом. Каких еще поискать. И в СШРУ, на подземном участке ремонта самоходного оборудования №4, это ценят.
– Сегодня у меня самого уже больше десяти учеников, – продолжает Сергей Иванович. – И постоянно предлагают мне молодых обучать… Отказываюсь – учить надо на машине, с инструментами в руках. По учебникам не получится. Нужно, чтобы руки и голова вместе были задействованы. На личном примере все показывать. А мне, к сожалению, сейчас нельзя спускаться под землю по медицинским показаниям, поэтому я работаю на поверхности, даю консультации на участке.
– Производство сильно изменилось с того времени, когда вы только пришли на рудник?
– Не то слово! Раньше главными инструментами для проходчика были руки, спина. В шахте лебедки работали. Помню, у нас буровая установка появилась – настоящее чудо! Переключатели скорости – “черепаха”, “заяц”. Вода, воздух обозначались “рыбкой” и “птицей”. Быстрее надо бурить – на “зайца” переключаешь, медленнее – на “черепашку”. Я не знаю, для кого это выпускали, – смеется производственник. – Сейчас технику, конечно, не сравнить. Сплошная электроника… Условия работы все те же. А вот оборудование, конечно, сильно изменилось – машины стали намного мощнее и производительнее.
– И работать стало легче?
– Не скажите. Сложности сейчас свои. Во-первых, квалификация у работников должна быть высокая. Одно дело – ручной труд, и другое – с высокотехнологичной техникой управляться. Я когда-то тяжелый отбойный молоток таскал. А сноровка появляется – и кажется, ничего сложного в этой работе нет. А сейчас вся технология поменялась. Раньше, чтобы сесть на ПДМ, надо было три-пять лет отработать проходчиком, научиться “чувствовать” породу. Сегодня же специалист должен знать горное дело, а потом уже учиться бурить.
– Не замечали у нынешней молодежи тенденции поскорее диплом получить, в чистом кабинете сесть?
Мой собеседник тяжело вздыхает.
– От этого много, как выражается молодежь, косяков… Вот сидит человек и думает: что мне под землей ходить? Есть паспорт бурения, все понятно. Да ты посмотри, какая там геология, спланируй, как бурить, где бурить! Все-таки практики много надо для нормальной работы в шахте. Раньше такие умницы были, которые на слух определяли, где опасно щелкнет, где порода трещит… Мне, слава богу, всегда в этом отношении везло с начальством. А вообще, знаете, что я в своей жизни понял? Надо, чтобы ты работу свою делал с душой. Понятно, что у всех свои причины: жизненные обстоятельства, зарплата, подземный стаж, что-то еще, но… Себя уважать надо! Технику безопасности соблюдать надо. Это обязательно. Некоторые возмущаются по поводу ужесточения правил ТБ. Но ведь это же правильно! Есть такое выражение: “Правила техники безопасности написаны кровью”. Я всегда своим пацанятам говорю: остановись, подумай, у тебя за спиной семья. Ну куда ты торопишься? Ничего не случится, если ты все по правилам сделаешь, пусть даже с небольшим опозданием. Оцени степень риска. Это же недолго – минуты… Безопасность превыше всего. И это не просто красивые слова.
Ремонт на Эйфелевой башне
За столько лет работы под землей производство въелось в него так, что даже на отдыхе не всегда получается отвлечься.
– Я как-то ездил в Париж день рождения отмечать, – рассказывает Сергей Радченко. – Сижу в кафе на Эйфелевой башне. Звонок. “У нас Simba (буровой станок. – Авт.) не работает!” Я начал по телефону консультацию давать. Через полчаса: “Все, Иваныч, спасибо, пошла машина”. И из Китая так технику “ремонтировал”, и из Израиля…
Путешествовать по миру норильчанин любит. Смеется:
– Мне собраться – только подпоясаться. Если отпуск выпадает на зиму, то еду обычно по ту сторону экватора. ЮАР, Замбия, Ботсвана, Египет… – перечисляет он лишь некоторые страны, где побывал. – Люблю акваланг, парашют, спуск на веревках в пещеры… Сколько мы их в Крыму облазили!
За границу Сергей обычно вылетает из Питера. Там сейчас живет и работает сын, которого с 12-летнего возраста Радченко воспитывал один – с женой не сложилось.
– Когда Ярославу было лет 14, я купил ему компьютер, и он так увлекся этим! Помню, я с малого возраста машинки из рук не выпускал, собирал-разбирал, с соседом мы даже аэросани делали. С 12 лет я уже втихаря на охоту ходил. А сын другой… Более творческий, что ли. У него даже сборник стихов есть. Ярослав получил образование в сфере IT и уехал из Норильска.
– А вы не собираетесь?
Ремонтник кивает: стоит в очереди по переселению. Хочется ему уже быть поближе к сыну и внучкам. Санкт-Петербург очень нравится. Но вот приживется ли он там после Норильска?
– Я в свое время пытался уехать в Ковров Владимирской области. Не смог – люди там другие, все другое. Так мне тяжело было! Может, потому, что кризис как раз тогда случился, работы не было… С другой стороны, и большой город, если там долго нахожусь, меня тоже начинает утомлять. Хочется более спокойной жизни. В самом Питере не хочу жить – скорее всего, где-нибудь в области.
– К Норильску душа прикипела?
Производственник вздыхает:
– Я не знаю, как буду уезжать… Я же почти всю свою жизнь здесь провел. За исключением двух лет службы в армии на Дальнем Востоке и отпусков. Рвать, конечно, придется как по живому…
0

Читайте также в этом номере:

Эффектно об эффективности (Вера КАЛАБЕКОВА)
Полет нормальный (Лариса СТЕЦЕВИЧ)
Задача номер один (Лариса СТЕЦЕВИЧ)
Начали капитально (Лариса ФЕДИШИНА)
Он не только улыбается (Евгения СТОРОЖКО)
Через кнопку РКЦ (Лариса ФЕДИШИНА)
Первые среди лучших (Лариса СТЕЦЕВИЧ, Татьяна РЫЧКОВА, Екатерина БАРКОВА, Лариса ФЕДИШИНА)
От “Курьера” до ЦЭТА (Лариса СТЕЦЕВИЧ)
Дело – труба (Марина БУШУЕВА)
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск