Четверг,
6 декабря 2018 года
№48 (4666)
Заполярный Вестник
Отвори потихоньку калитку Далее
“Женитьба” – пьеса загадочная Далее
Туристы хотят в рудники Далее
Кто защитит твою семью? Далее
Лента новостей
15:05 Норильску требуются врачи, медсестры и охранники
14:05 Норильская выставка «Два сердца» стала победителем профессиональной премии «Музейный Олимп»
12:50 Школьники из Норильска и Дудинки представили свои изобретения в Красноярске
11:25 Эксперты высоко оценили отчет «Норникеля» об устойчивом развитии
10:05 Проект Follow Up Siberia получил признание профессионального сообщества
Все новости
На краю Севера
ЧИТАЕМ СЕВЕР
29 ноября 2018 года, 15:19
Текст: Наталия САВОЩИК
Абсолютно грандиозным смысловым и сюжетным пространством называет Русский Север известный российский историк, главный редактор старейшего в нашей стране литературно-художественного журнала “Звезда” Яков Гордин.  Об этом говорили за круглым столом “Север как текст русской культуры” на  Санкт-Петербургском международном культурном форуме.
Автор – Наталия САВОЩИК
Редактор “Радио России”, автор и ведущая информационно-публицистических программ.
В Санкт-Петербургской дирекции Всероссийской государственной телерадиокомпании работает с 1993 года.
Член Союза журналистов, номинант высшей журналистской премии Санкт-Петербурга “Золотое перо”, лауреат премии правительства Санкт-Петербурга в области радиожурналистики.
Форум организовали компания “Норникель” и Музей Анны Ахматовой в Фонтанном доме совместно с Союзом музеев России. А музей местом проведения круглого стола выбрали со смыслом. Здесь, в квартире своей матери, некоторое время проживал Лев Гумилев, талантливейший историк, создатель теории пассионарности и этногенеза, отбывавший в Норильлаге один из сроков заключения. И здесь же в 1945–1988 годах располагался Институт Арктики и Антарктики. В наше время благодаря своей активной общественно-образовательной деятельности музей признан одной из авторитетных дискуссионных площадок Санкт-Петербурга.
Дискуссия возникла в первые же минуты работы круглого стола, когда старший научный сотрудник Выборгского объединенного музея-заповедника Михаил Ефимов сформулировал и обосновал тезис о том, что освоение Севера было экспансией с единственной целью – овладеть природными богатствами, которые на этих бескрайних территориях неисчерпаемы. И в процессе этой экспансии эксплуатировались и растлевались коренные малочисленные народы Севера, что привело к непоправимым последствиям. Более того, по его мнению, ехали на Север чаще всего не по доброй воле: либо убегая от городской рутины, семейной скуки, творческого простоя, преследований (подлинных или мнимых), либо – отбывать заключение.
– Русское освоение Севера – это колонизация, а не что-нибудь иное, звучащее более благородно, – говорит Михаил Ефимов, – и, соответственно, это колонизация со всеми своими негативными атрибутами и механизмами.
Терминологически и технологически идеология освоения, конечно, модернизируется, считает ученый. Но за столетия, прошедшие с имперских времен, суть от этого не меняется.
– Эту идеологию с небольшой степенью редукции можно описать просто: Север – неистощимый источник всего: территории, земли, воды, полезных ископаемых, меха, рыбы, – продолжил научный сотрудник. – И конечно, на Севере неограниченное количество тех мест, куда Макар не гонял телят, но где всегда есть возможность устроить лагпункт. Поэтому Север в русском сознании по определению двойственен: он – и страна чудес, по крайней мере ресурсных, и при этом место, куда по доброй воле не едут”.
Встреча двух миров – заполярной архаики и привозной цивилизации – обернулась подлинной биокультурной катастрофой для носителей этой самой архаики. Главный посыл Михаила Ефимова: “У этого сюжета есть свой канонический текст – “На краю света” Николая Лескова. Повести этой скоро 150 лет, и сегодня ее по-прежнему невыносимо читать”.      
А был ли, собственно, вопрос?
Был ли у русской культуры вопрос к Северу? И были ли те, кто хотел услышать ответ на него? Этими вопросами Михаил Ефимов завершил свое выступление и заострил:
– Можно ли, нужно ли облагораживать эту экспансию – придумывать задним числом просветительские и фольклорно-экспедиционные мотивировки для того, что было лишь эксплуатацией географии?
В некотором роде размышлениями-ответами на этот посыл стали последующие выступления.
Историю Норильска с точки зрения теории пассионарности Льва Гумилева представила ведущий библиотекарь Публичной библиотеки Норильска Елена Коваленко. Теория описывает исторический процесс как взаимодействие развивающихся этносов с вмещающим их ландшафтом и другими этносами. Пассионарность – это специфическая активность человека (этноса), непреодолимое внутреннее стремление к деятельности, направленной на изменение своей жизни, окружающей обстановки, существующего положения вещей. История Норильска в докладе Елены Коваленко – история личностей.
Главный редактор журнала “Звезда” Яков Гордин, согласившись, что проблема эксплуатации северных пространств существует, предложил оценить влияние Севера как гигантской метафоры на культурное сознание России. Писатель сконцентрировался на Севере как сквозном сюжете русской поэзии:
– Если говорить о русской литературе, то больше всего Север реализован именно в поэзии. Потому ли, что значительные территории России лежат в северных областях? Отчасти так. Но это не главное. Смею предположить, что выбор Севера как многозначного символа связан с особенностями русской истории.
Приводя в пример оды Ломоносова, Яков Гордин подчеркнул, что именно великий ученый заложил основы будущего грандиозного здания северной русской поэзии:
– Север – его чудовищная необузданная природа – кажется неподвластным ничьей воле. Север Ломоносова и позже других поэтов – это Арктика, грандиозное и абсолютно не похожее ни на какие другие природные условия пространство.
И отсюда еще один, едва ли не самый значимый мотив всей северной русской поэзии: Север как вызов и возможность испытать себя в условиях, часто грозящих гибелью.
– Север – в своем предельном варианте, льды Арктики – воспринимается как пространство, несовместимое с жизнью, пространство смерти, которое надо преодолеть, чтобы вырваться из быта в бытие и стать равным себе в своем представлении, – резюмировал Яков Гордин.  –  И это движение не только от, но и в непосредственном направлении вперед.
В подтверждение писатель процитировал стихотворение Павла Антокольского, написанное от имени пилота, летящего над бескрайними арктическими снегами и льдами, предчувствующего свою гибель:
– Это стихотворение программное, важное для понимания культурного северного текста русской поэзии. Это предельный ответ на вызов. Это начинающаяся романтизация самолета как орудия освоения Севера, но и понимание в общем принципиальной гибельности этого пространства, в которое, тем не менее, нужно стремиться: “На Север, на Север, на Север! Вперед!”
Романтизм и героизм первых
Историк Павел Филин на примере написания знаменитым полярным летчиком Героем Советского Союза Михаилом Водопьяновым повести “Мечта пилота” показал, что в 30-е годы XX века на Север многие стремились не столько желая бежать от рутины и скуки, сколько создать общественную пользу и послужить своей стране.
Во время спасения челюскинцев в 1934 году Водопьянов знакомится с Отто Юльевичем Шмидтом и проникается его идеей о дрейфующей полярной станции, где изучались бы процессы, происходящие в Северном Ледовитом океане. Нужно было забросить экспедицию в самый центр Арктики. Но кто это сделает, каким образом?
И у Водопьянова зарождается мечта слетать на Северный полюс! Он пишет письмо Шмидту, как руководителю Главного управления Северного Морского пути. Это нигде пока не публиковавшееся письмо Павел Филин обнаружил в Российском государственном архиве социально-политической истории в Фонде политуправления Севморпути. Шмидт поручает Водопьянову проработать проект. Но через два месяца летчик вместо проекта приносит Шмидту… книгу под названием “Мечта пилота”. Через некоторое время это художественное произведение переработали в театральную пьесу под названием “Мечта” и поставили в нескольких театрах Советского Союза.
– Таким своеобразным способом летчик погружается в предполагаемое развитие событий, описывает этапы экспедиции, маршрут, и через фантастический сюжет приводит все к реальности! – оценил этот факт Павел Филин.
В мае 1937 года была предпринята беспрецедентная высадка советской экспедиции в районе Северного полюса. Четыре многомоторных транспортных самолета АНТ-6 выгрузили на лед оборудование и снаряжение первой в мире научной дрейфующей станции СП-1 (Северный полюс-1). Мечта летчика Михаила Водопьянова сбылась: 21 мая он первым приземлился на Северном полюсе.
0
Последние отзывы на форуме «ЗВ» (отсутствуют)
Добавить комментарий
Ваше имя:
Соберите пазл:

Введите в поле код из 6 символов, отображенных в виде изображения.
Собирать идеально - не обязательно, просто приблизительно соберите картинку (должен быть включен JavaScript).
Совет: для того чтобы не вводить каждый раз код, указанный на картинке — зарегистрируйтесь на форуме и авторизуйтесь, при этом все новые сообщения, написанные вами, будут автоматически публиковаться от указанного при регистрации имени.

Читайте также в этом номере:

Открыто на ремонт (Татьяна ЕРМОЛАЕВА)
Капитальная перезагрузка (Татьяна ЕРМОЛАЕВА)
Отвори потихоньку калитку (Татьяна ЕРМОЛАЕВА)
Кто защитит твою семью? (Марина БУШУЕВА)
Плюс одна программа (Татьяна ЕРМОЛАЕВА)
Составить свой бюджет (Татьяна ЕРМОЛАЕВА)
В запасе много добрых идей (Татьяна ЕРМОЛАЕВА)
Курс для чтецов (Татьяна ЕРМОЛАЕВА)
Сова, собака и многое другое (Татьяна ЕРМОЛАЕВА)
Из Коломны с любовью (Мария СОКОЛОВА)
Торт для Урсулы (Татьяна ЕРМОЛАЕВА)
Друзья и годы (Аркадий ВИНИЦКИЙ)
Шесть в одном (Анна САРАФАНОВА)
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск