Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
Гуд кёрлинг! Далее
Бесконечная красота Поморья Далее
С мечом в руках Далее
«Легендарный» матч Далее
Лента новостей
14:05 В Норильске открылась школа паркура «Экстремальный Север»
12:05 Актерский квартирник «Про любовь» пройдет в Норильске
12:05 В Норильске разыграли Кубок главы города по боулингу
11:50 Военизированная горноспасательная часть Норильска переходит в структуру МЧС
11:40 Норильская лига КВН открыла творческий сезон
Все новости
По счастливой случайности
ТЕАТР КРУПНЫМ ПЛАНОМ
10 апреля 2012 года, 17:41
Фото: Денис КОЖЕВНИКОВ, Александр ХАРИТОНОВ
Артист Норильского Заполярного театра драмы Денис ГАНИН на краевом фестивале “Театральная весна – 2012” получил хрустальную маску за роль Зилова в спектакле “Утиная охота”. Как полагается в таких случаях, “ЗВ” встретился с победителем фестиваля и записал его монолог о себе, о времени, о театре.
– В моей жизни все происходит случайно. Цепь ли это закономерных случайностей или незакономерных, еще предстоит разобраться.
Учеба за кулисами
– С детства был натурой увлекающейся, но непостоянной, меня часто кидало из стороны в сторону. Чем я только не занимался: музыкой, фехтованием, карате, боксом, плаванием. Последнее, на чем я наконец-то остановился, стал велоспорт. Еще в школе мы организовали вокально-инструментальный ансамбль, который назывался Sippy (аппаратура, которой мы пользовались, сипела и хрипела, отсюда и название). Когда пришла пора выбора дела всей жизни, родители настаивали на профессии инженера (папина несбывшаяся мечта). Сдавал экзамены и “на инженера” в Сибирском автодорожном, и “на режиссера праздников” в Омском университете, куда подал документы случайно, но окончил университет (с перерывом и переходом на актерский факультет) в 2004 году. По счастливой, но опять же случайности попал к бывшему режиссеру Омской драмы Владимиру Петрову, набиравшему свой первый актерский курс. Благодаря Петрову и мастерам из Омской драмы, преподававшим у нас, за время учебы во мне произошел переворот. Вообще, Омская драма всегда славилась своей труппой, сильной, творческой, и мы, студенты, четыре года учились за кулисами этого театра. Выпускник института, приходящий в театр впервые, как правило, всему начинает учиться заново. Мне, слава богу, переучиваться не пришлось, так как нас занимали в спектаклях и даже брали на фестивали.
На “Маску” с голым черепом
– В 2003-м со спектаклем “Брат Чичиков” по Гоголю в постановке Сергея Стеблюка мы с Омским драматическим отправились на “Золотую маску”. Мне было 23 года, и до этого я никогда еще не летал самолетом… Играли спектакль на двух площадках, в Москве и Санкт-Петербурге. Понятно, что нам, студентам, эти гастроли запомнились навсегда. Балетмейстер Николай Реутов подбил нас побрить головы, он сам всегда ходил с голым черепом. В спектакле мы вчетвером играли чертей и в таком же виде ходили по Москве и Питеру. Сам спектакль, надо сказать, в Петербурге прошел не очень удачно. Из-за проблем с декорациями начало сдвинулось на час. Часть зрителей разошлась… А в столице, на сцене РАМТа, напротив, все сложилось, но жюри смотрело только петербуржскую версию.
Фестивали – это еще и встречи. На спектакль приходили бывшие омские актеры, которых мы видели только по телевизору. Помню Николая Чиндяйкина, Юрия Кузнецова. Мы общались, фотографировались, извините за подробность, употребляли алкоголь. Было интересно, весело.
Владимир Петров и директор Омской драмы Борис Мездрич составляли очень хороший, успешный тандем. По-моему, театр в это время получил три “Маски”. Но Петров работал с нами только год. Его сменили сначала Сергей Стеблюк, а потом Евгений Марчелли, окончательно изменивший мое первоначальное представление о театре. Все спектакли Марчелли, которые я видел, были очень высокого уровня, и нам, будущим артистам, повезло не только наблюдать за репетиционным процессом, но и участвовать в нем. На следующую “Золотую маску” повезли его “Дачников”. В этом спектакле у студента Ганина была роль “господина в цилиндре”. По ошибке в программе написали “господин Ганин”… “Маску” мы опять не получили, зато съездили на гастроли в Польшу и Ирландию.
Уйти, чтобы вернуться
– После выпуска весь курс (десять человек) взяли в Омский камерный “Пятый театр”. В нем я сыграл Меркуцио в “Ромео и Джульетте”, главную роль в “Отелло”. Это были постановки режиссера театра Алексея Янковского по мотивам классиков в версиях драматурга по имени Клим. Со спектаклем “Ромео и Джульетта” театр ездил на фестиваль “Новая драма”, но потом и в “Пятом театре” наступили перемены. Когда стало понятно, что Янковский не остается главным режиссером, я принял приглашение перейти в Омскую драму. Каждый из тех, кто учился на курсе Петрова, мечтал стать артистом этого театра, и в этих обстоятельствах надо было быть дураком, чтобы отказаться от приглашения.
Мне в очередной раз повезло: первый спектакль в Омской драме “Несносные родители” я играл со своим бывшим педагогом Моисеем Василиади, который, когда я еще учился на режиссуре, предлагал мне пойти в актеры. Я ему отвечал: “Смейтесь-смейтесь, когда-нибудь мы будем играть на одной сцене…” Молодежь в этом театре, естественно, была занята реже основного состава, но мне доставались и главные роли. Правда, чаще, чем хотелось, приходилось создавать массовку, танцевать и тому подобное. Через четыре года развод с женой, артисткой этого же театра, совпал с уходом из театра Марчелли, и со мной случился какой-то сбой. В итоге я принял решение уйти из профессии. В этот период я преподавал в институте физической культуры, где открылось отделение режиссеров театрализованных представлений, это и стало на какое-то время моим основным занятием. Было интересно работать с ребятами, но все-таки чего-то не хватало. И я снова стал искать театр, но не в родном Омске. На мое предложение первым откликнулся Норильский Заполярный. Получилось опять вроде бы случайно. (Или не случайно?)
С норильчанами я познакомился еще на фестивале “Сибирский транзит” в Омске, куда театр привозил “Школу с театральным уклоном” с замечательными артистами Сергеем Ребрием и Лаврентием Сорокиным. Тогда многие запомнили и спектакль, и исполнителей главных ролей, а показанный ими капустник мы потом активно использовали. Недавно я в этом признался Сергею Ребрию.
Были еще три предложения, одно из питерского театра, куда я съездил. Там нужны были, как у нас говорят, “штаны”. Взвесив все за и против, посоветовавшись со знающими людьми, я выбрал Норильск. Признаюсь, что денег, которые я зарабатывал педагогом, на билет мне не хватило. Пришлось освоить профессию повара. Я успешно продавал собственноручно приготовленные обеды и с тех пор считаю, что во мне умер кулинар. Время от времени у меня появлялись мысли о том, чтобы открыть свое кафе, но разум взял верх.
Добрый знак
– В Норильске я начал с вводов в спектакли вместо уехавших артистов: Пети Новикова, Димы Кугача, Антона Деулина. Это все хорошие роли, и мне предстояло доказать, что меня не зря сюда пригласили… Вскоре появились главные роли: в “Золушке”, “Шикарной свадьбе”, “Замке в Швеции”, разных, но очень неплохих ансамблевых спектаклях.
Моим первым режиссером из приглашенных (после Анатолия Леонидовича Кошелева, вводившего меня в спектакли и взявшего в чеховские “Пестрые рассказы”) стал петербуржец Александр Исаков. В шварцевской “Золушке” мы поем вживую. Однажды я сорвал голос, и пришлось петь под фонограмму… Не завидую артистам, работающим таким образом, я и представить себе не мог, как это непросто.
Отдельная история – приезд в театр Егора Чернышова и работа над “Утиной охотой”. Отвечая на вопрос “Заполярного вестника” в свой первый день в театре, я сказал, что хочу сыграть Зилова в “Утиной охоте”. Не прошло и трех лет – мечта сбылась…
Меня с Зиловым роднит, на мой взгляд, невозможность выплеска энергии, ощущение напрасности усилий, которые посещают, думаю, каждого человека в разные периоды его жизни. Финал у нас невеселый. У Зилова нет выхода. Как и, главное, зачем он будет жить дальше? Очень трудная, хотя и желанная для меня работа. После каждого спектакля я долго выхожу из его атмосферы. Я часто думаю, почему эту роль не играл Владимир Семенович Высоцкий, но, с другой стороны, у него был Гамлет, датский брат Виктора Зилова.
Наша “Утиная охота” пока еще выстраивается. Очень неплохо, на мой взгляд, мы сыграли в день приезда в Норильск театральных критиков. 26 марта в Красноярске в театре оперы и балета, где сцену и зрительный зал разделяет практически пустая оркестровая яма, нам было очень не просто достучаться до зрителя. Но мне кажется, мы все-таки смогли это сделать. Самой лучшей наградой в тот вечер для меня стали аплодисменты незнакомой мне красноярской публики и самый настоящий дождь, пролившийся над городом после нашего спектакля. Надеюсь, не случайно.
 
Записала Валентина ВАЧАЕВА
Зилов в “Утиной охоте” для Дениса Ганина (справа) – трудная и желанная роль
Фредерик в “Замке в Швеции” М.Кальсина
0

Читайте также в этом номере:

Каска как формат (Юлия КОСТИКОВА)
Ставка на умную технику (Александр СЕМЧЕНКОВ)
Как стать чемпионом (Александр СЕМЧЕНКОВ)
Символ благой вести (Татьяна РЫЧКОВА)
Переживания за русский (Марина БУШУЕВА)
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск