Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
Бесконечная красота Поморья Далее
Экстрим по душе Далее
«Легендарный» матч Далее
Гуд кёрлинг! Далее
Лента новостей
15:00 Любители косплея провели фестиваль GeekOn в Норильске
14:10 Региональный оператор не может вывезти мусор из поселков Таймыра
14:05 На предприятиях Заполярного филиала «Норникеля» зажигают елки
13:25 В Публичной библиотеке начали монтировать выставку «Книга Севера»
13:05 В 2020 году на Таймыре планируется рост налоговых и неналоговых доходов
Все новости
Неугомонная Маликова
Гость «ЗВ»
11 февраля 2008 года, 12:13
Фото: Денис КОЖЕВНИКОВ
Текст: Татьяна РЫЧКОВА
Она работала вожатой и завучем в школе, инспектором в милиции. Построила приют для стариков и детей, была его директором. Потом стала депутатом, заместителем главы Талнаха. Служебная карьера рухнула из-за привычки говорить правду в глаза. Теперь уже просто инспектор городского совета и депутат  Марина Маликова, мама пятерых детей, один из которых приемный, открыла школу приемных родителей и выпустила первых учеников. Гостья «Заполярного вестника» рассказывает, что движет активными людьми.  
– Марина, какое слово, по вашему мнению, наиболее емко вас характеризует?
– Неугомонная, целеустремленная,  думаю, подойдет.
– Вы норильчанка или приезжая?
– Приехала сюда в 18 лет – в 88-м, к будущему мужу. Устроилась работать в 39-ю школу старшей пионервожатой и одновременно училась на историческом факультете Красноярского государственного университета. В 22 года стала  завучем. Была самым молодым завучем в Норильске. В 95-м  перешла работать в милицию. Поднадоела система нашего образования, решила себя попробовать в совершенно другой сфере. Стала инспектором по делам несовершеннолетних. У меня был достаточно сложный участок – 5-й микрорайон, 52 подростка. Около пяти лет я проработала в милиции.
– Своих детей у вас к этому времени было сколько?
– Трое: старшая, Дашенька, Егор и Маша. Они были маленькие, но мы с мужем справлялись, еще бабушка помогала. И, потом, дети у меня самостоятельные, потому что я с ними никогда не сюсюкалась. В первый класс  водила от силы неделю, потом они сами ходили без проблем.
– А просто дома сидеть с детишками, быть только мамой, вам бы скучно было?
–  Даже когда я с ними грудными сидела, находила себе занятия. Выучилась работать на компьютере, брала заказы на распечатывание текстов, чтобы какую-то копеечку в дом принести. Когда с Машенькой сидела, организовывала туристические поездки для детей Талнаха. В общем, никогда не любила сидеть сложа руки.
– И потому однажды стали директором комплексного центра на Маслова, 4? Как это случилось?
– Меня пригласил  к себе мэр Талнаха Юрий Лукс и сказал: «Маликова, ты пробивная, заводная и неугомонная, пойдешь центр строить?». А на тот момент всему, чему хотела научиться в милиции, я научилась. Поэтому на предложение  ответила: «Почему бы и нет?». Променяла зарплату офицера на непонятно какую должность при еще не построенном центре.  Сутками сидела и изучала законодательную базу. Мэр Норильска Олег Бударгин пригласил меня и сказал: «Я хочу, чтобы это был центр с системой одного окна. Чтобы человек пришел и знал, что здесь ему окажут помощь и не отправят еще куда-то». Я предложила вариант комплексного центра, проект ноу-хау. Тогда они еще не везде в России были, и в Красноярске не было. Проектом  заинтересовался губернатор Лебедь. В 2000 году мы открыли центр, и поехали к нам разные делегации: из Госдумы, из Совета Федерации, из края. Фактически я жила там, хорошо, что мой дом  был рядом. Меня и ночью  вызывали в приют, когда там кто-то не так себя вел. Мы с мужем надевали спортивные костюмы и быстренько туда бежали. Получалось, что только я могла угомонить самых безудержных озорников.
 
Рискнула и… потеряла
– А депутатство вам зачем понадобилось?
– Три года я была директором. За это время поняла, что должность руководителя муниципального учреждения не дает возможности менять систему, предлагать программы. Здесь все зависит от личности начальника и взаимоотношений с ним. Управленцы, финансисты не понимали, зачем центру такие средства и штаты, не знали эту категорию детей и стариков.  Я стучалась в двери, меня не понимали, выгоняли. Тогда я пришла к выводу, что нужно становиться депутатом, чтобы решать финансовые и кадровые вопросы. Я была самым молодым депутатом в депутатском корпусе, тогда мне исполнилось 32. Затем Геннадий Федорович Петухов, исполняющий обязанности мэра Норильска, предложил мне должность заместителя главы Талнаха. Я рискнула, оставила депутатство, работу и… оказалась безработной.
– Тогда про вашу отставку по городу ходили какие-то невнятные слухи. Как все было на самом деле?
– Глава Талнаха Бова сократил мою должность. Со мной было не совсем удобно, я говорила правду в глаза, гибкости никакой, шпарила все, что думала. Не всегда и до этого руководителям нравилась моя неугомонная энергия вместе с юношеским максимализмом. Судьба взяла и поставила меня на место. Два года я была безработной. Как раз закрывалась организация, где работал муж. Практически вдвоем мы остались не у дел. Меня не принимали ни в школу, даже вожатой, ни в дворники. У нас же закрытая территория, политес сохраняется, а я всегда была публичным человеком. Когда такого задвигают, с ним перестают общаться, чтобы не попасть в опалу. Ко мне очень хорошо относились, но говорили: «Нет». Некоторые из бывших «друзей» прекратили со мной здороваться. В один прекрасный момент я поняла, что для чего-то Господь допускает такие ситуации. Какой-то урок я должна из этого извлечь. И я поняла, что надо быть гибче, мудрее, сдержаннее. За эти два года набралась мудрости. На тот момент со мной осталась только моя семья, и я поняла, что это самая надежная защита и что силы нужно тратить на детей, близких. Но я знала, что мне нужна работа. Пошла на прием к Сергею Шмакову,  он мне предложил должность специалиста в городском совете.
 
Приемная мама
– Идея стать приемной мамой пришла к вам неожиданно или у нее есть предыстория?
– В один прекрасный момент ночью я проснулась с мыслью, что должна взять ребенка, но такие мысли приходили ко мне и раньше. Когда я работала в милиции, тащила к себе домой трудных детей, в приюте  был у меня один любимец – Серега, буйный парень, с ним никто не справлялся, кроме меня. Я в него просто влюбилась. Думала: «Сейчас решусь и возьму». Но на тот момент не созрела еще, а в этот раз мысль преследовала меня, за десять дней я похудела на десять килограммов.  Муж приехал с охоты, спросил: «Ты что, заболела?» – «Да, мыслью одной…».
– Он одобрил ваше решение?
– Сказал только: «Ты все «за» и «против» взвесила?» Я боялась: мы многодетная семья, не так много получаем. Оказалось, у нас ровненько хватает прожиточного минимума и уровень жилищных условий соответствует. Когда меня позвали посмотреть на Соню, я бросила все, побежала в приют. Ей было три года, как волчонок: надутая, худенькая, на мир обозленная, не разговаривает, всего боится. Взяли мы ее в июне, а в июле я забеременела, хоть доктора уверяли, что репродуктивный возраст у меня закончился. Что делать? Решили рожать. Все знакомые были в шоке. Трудно было объяснить, зачем нам столько детей. Мы и не стали никому ничего объяснять. Родили нашего Захара.
– Воспитывать своих и не своих – разница большая?
– Когда мы взяли в семью Соню, я поняла, что чужой ребенок – отдельные проблемы.  Еще в приюте я удивлялась: почему людей не готовят быть приемными родителями? За три года у нас было пять отказов от детей. Берут деток-лялечек, доводят до подросткового возраста и отказываются. Были две попытки суицида у парнишек, у одного психика нарушилась. Дети разочаровываются во взрослых, те начинают говорить про плохие гены биологических родителей, а сами просто не знакомы с особенностями подросткового возраста.
– Вот потому-то вы и открыли школу приемных родителей?
– Как председатель общественной организации «Семья», я пришла к Сергею Шмакову с этой идеей. «Хорошая  идея. Давай посмотрим, будет востребована или нет», – сказал он. И все срослось-получилось. Мы выпустили 10 семей, новых записавшихся учеников – 64. Следующий наш проект – «Родительская академия». Я, как педагог и мама, очень много узнала на тех тренингах, которые посещала в школе приемных родителей и которые проводили лучшие в городе специалисты. Родителям не хватает знаний, чтобы понимать своих детей. Даже внутри супружеских пар конфликты происходят оттого, что мы не знаем, чем отличается психология мужчины и женщины. Мы хотим дать родителям эти знания.
– Когда откроется академия?
– Скорее всего, в марте-апреле. Пока я пишу программу и проводится анкетирование. Мы опросили порядка 50 семей, чтобы уточнить, в каком направлении двигаться.
– У «Семьи» есть и другие проекты?
– Нашей организации нет и девяти месяцев, но сделано многое. Прошлым летом каждое воскресенье у нас в Талнахе проходила игра «Страна детства». Появлялись ростовые куклы (мои старшие дети Егор и Даша), клоуны (наши родители-общественники), созывали детей – их собиралось порядка 250, угощали «чупа-чупсами» от спонсоров. «Аквариум» нам помог купить столы для игры в шахматы, шахматы принесли папы, пластиковые столы – предприниматели. Были и на турбазе. День матери провели на уровне города: Шмаков подключился, дал средства. Мамы были в восторге, нам же крайне редко говорят слова благодарности.
– Вы как-то говорили про женский клуб «Надежда»…
– Будет… Мы разработали анкету, чтобы узнать потребность в таком клубе и чем женщины хотели бы там заниматься.
– Марина, вы были директором и заместителем мэра, а сейчас просто инспектор. Не обидно?
– Нет. Раньше у меня были амбиции в плане карьеризма. Пока была молодая и бестолковая. Сейчас я к должностям очень спокойно отношусь: инспектор тире депутат городского совета  меня совершенно устраивает.
– Последний вопрос: дети, семья, работа, общественные нагрузки – и при этом лицо у вас всегда свежее. В чем дело?
– Наверное, Север влияет. Здесь процесс старения замедляется. Земля – вечно мерзлая, женщины – вечно молодые.  Это один из плюсов нашего Севера.  
 

0
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск