Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
С мечом в руках Далее
Экстрим по душе Далее
Гуд кёрлинг! Далее
В четвертом поколении Далее
Лента новостей
15:20 В «Норникеле» определили лучших бульдозеристов
14:25 Семьи погибших горняков получат выплаты в соответствии с законодательством и Коллективным договором «Норникеля»
14:20 Сергей Дяченко: «Горняки, по предварительным данным, погибли от нехватки кислорода»
13:15 Метель в Норильске стихнет завтра вечером
08:17 Холсты Василия Сурикова доставили в Норильск
Все новости
Уметь мечтать
Гость «ЗВ»
21 апреля 2010 года, 14:27
Фото: Денис КОЖЕВНИКОВ
Текст: Ольга ЛИТВИНЕНКО
Он несколько лет мечтал побывать в Норильске. Его мечта вызывала недоумение не только у земляков, теплолюбивых жителей Юга. Норильчане, с которыми наш герой успел познакомиться через Интернет, тоже изумлялись. Друзья твердили: «Да ты с ума сошел! Почему  Норильск?!» Недавно этот странный мечтатель все-таки побывал в нашем городе.
Его зовут Михаил Корсаков. Ему 31 год, он журналист, родился и живет в Украине, в Донецке. Мечта побывать в северном российском городе появилась у него при печальных обстоятельствах: в августе 2006 года под Донецком разбился самолет «Пулковских авиалиний». Погибли десять членов экипажа и 160 пассажиров, в их числе – 22 норильчанина. Михаил, работавший тогда в пресс-службе главного управления МЧС Украины, участвовал в ликвидации последствий той авиакатастрофы. С тех пор у него сложилось особое отношение к норильчанам и – заочно – к городу, в котором они живут.
 
Долгие сборы
Я узнала о Михаиле в прошлом году, когда случайно нашла в Интернете его сайт «Хочу поехать в Норильск». Михаил открыл и свой блог, стал искать норильчан через социальные сети, со многими начал переписываться. Потом в редакцию газеты, где я тогда работала, пришло письмо от Михаила: «У меня есть давняя мечта: хочу увидеть Норильск». Он просил помощи. Трудность состояла в том, что Мише нужен был вызов. Надо было не просто найти норильчанина, который согласился бы пригласить иностранца в гости – у приглашающего должна была быть зарплата не меньше 18 тысяч рублей, а самое главное – соответствующая жилплощадь, то есть «лишние», сверх нормы, 25 квадратных метров жилья.
Я написала статью о Корсакове. И нашелся человек, который захотел и смог помочь ему приехать – депутат горсовета и президент Ассоциации деловых женщин Норильска Людмила Проскурякова.
Вызов оформляли несколько месяцев. «Даже для депутата стали неожиданностью сложности, с которыми пришлось столкнуться», – рассказывал потом Михаил. Минули осень и полярная ночь (которую он так хотел увидеть), почти наступила весна. Наконец однажды утром на мой мобильный пришло сообщение: «Я приехал».
 
Ему снился Норильск
Увиделись мы только на десятый день. Миша вошел в кофейню, где мы договорились встретиться, и я сразу отметила, что он совсем не похож на гостя этого города. Хотя приезжие обычно неуловимо отличаются от норильчан – одеждой, манерами, еще чем-то, что трудно бывает сразу определить.
– Ну ты не зря несколько лет изучал Норильск, – замечаю я. – Вылитый норильчанин.
Он смеется. Или это за десять дней вот так сроднился с городом? Хотя Миша действительно знает о Норильске больше, чем многие коренные жители. За последние три года он прочел десятки статей, пересмотрел сотни фотографий и все видеоролики о нашем городе на «Ю-тубе» (особенно его поразил известный ролик о последствиях черной пурги 2008 года), ежедневно читал в Интернете местную прессу. Он как бы жил в двух городах – в Донецке и одновременно в Норильске. Говорит, что Норильск ему даже снился.
– Ты уже вторую неделю здесь, завтра летишь домой. Не разочарован?
– В первый день было постоянное дежавю. Я ведь хорошо изучил город по фотографиям, видео и картам, знаю каждую улицу, каждый поворот. А так – нет, что ты, какое разочарование? Я счастлив. Родственники и друзья в Донецке смотрели на меня с улыбкой, говорили, что деньги на поездку в Норильск благоразумнее было бы потратить на другие цели – например, сделать ремонт или съездить в Египет. Или оттюнинговать машину и сгонять на ней в Крым. Многие норильчане тоже удивлялись: да зачем тебе это надо, да все мечтают отсюда, наоборот, уехать. Когда слышали, что еду на десять дней, вообще недоумевали: «Десять?! Да ты через три дня взвоешь, пулей оттуда улетишь!»
– А ты не взвыл через три дня?
– О чем ты говоришь! Если бы я не был иностранным гражданином, я бы еще долго не уезжал отсюда.
– Ты еще застал морозы ниже минус 30. Каково было после города роз?
– Знаешь, у нас в Донецке холод ощущается гораздо сильнее. И, как говорите вы, норильчане, настоящий северянин не тот, кто не боится холода, а тот, кто умеет правильно одеваться. Я готовился к поездке сюда: купил дополнительно свитер, утепленные горнолыжные штаны – ничего не пригодилось. Мерз поначалу с непривычки, а сейчас, не поверишь, мне не холодно совсем.
(Миша вряд ли лукавил. Когда мы вышли из кофейни, он привычно, как это делают норильчане, бросил взгляд на электронное табло на здании управления комбината: «О, так сегодня всего минус 25!» И это «всего минус 25» сказал житель города, где среднегодовая температура воздуха плюс 8, а абсолютный минимум – минус 30 – был зафиксирован более полувека назад, в январе 1950-го.)
– Меня поразило, что здесь мало снега, – мы продолжаем разговор.
– Мало?!
– Ну, то есть он лежит, конечно, его много во дворах, на газонах, в тундре, и я не видел раньше таких больших снежных горок и сугробов, – уточняет Миша. – Автомобили, засыпанные снегом, – это вообще удивительно для меня. Но ведь у вас снег регулярно убирают, чистят дворы и улицы, и жизнь не парализована. У нас же каждый раз, когда выпадает снег, в городе наступает коллапс. Транспорт стоит, до работы приходится добираться часа четыре.
– Что еще тебя удивило в Норильске? – спрашиваю я, патриотично умолчав о том, что и у нас бывают свои коллапсы, и еще какие.
– Многое. Например, то, что в мороз, когда мой пуховик шелестел как целлофан, по улицам ходили девушки в коротких курточках или парни в кепках, а то и вовсе без головных уборов. Что дома раскрашены в яркие цвета. Что на многих домах номера написаны метровыми цифрами. Что у вас есть термин «актировка». Что здесь круглосуточно из крана идет не просто горячая вода, а кипяток. А холодную водопроводную воду можно пить. Вообще меня многое впечатлило. Я приехал с фотоаппаратом – по 100 снимков в день делал. Да, и я же северное сияние видел! (Миша явно гордится этим фактом.)
– Весной?
– Ну да! Через «Одноклассников» еще до приезда нашел здесь своих земляков, так вот они на снегоходе отвезли меня в тундру, в избушку. Я вышел поздно вечером и увидел в небе какое-то странное свечение, как зарево. А когда оно стало полыхать, у меня уже не было сомнений в том, что это такое. Вот так мне повезло: полярную ночь не застал, но северное сияние все равно увидел.
– Ну какой-то совсем радужный и радостный Норильск получается у тебя.
– А почему он должен быть безрадостным? Хороший город. То, что он уникальный, даже не надо доказывать, это аксиома.
– А многие относятся к нему как к перевалочной базе…
– Это жаль. Никогда он не был перевалочной базой и не выглядит таким. В 70–80-е он был вообще образцом социалистического строя. Если бы можно было решить экологическую и транспортную проблемы, то здесь, по-моему, вообще не на что было бы жаловаться. Климат не изменить, но цены на авиабилеты ведь можно сделать доступными, придумать какие-то субсидируемые программы, чтобы норильчане свободно летали и не чувствовали себя заложниками, не копили месяцами и годами на отпуск. И мне странно, что здесь не развивают междугородный туризм. Ведь, чтобы приглашать сюда туристов, не надо даже создавать специальную инфраструктуру – здесь уже все есть для тех, кому надоели турции и египты. Поверь, желающих съездить сюда хоть зимой, хоть летом было бы достаточно.
 
Тополя на Комсомольской
…Миша говорит о Норильске так, как будто это в самом деле его второй после Донецка родной город. Очень странно себя чувствуешь в разговоре с человеком, который впервые приехал  сюда, но при этом запросто оперирует названиями местных улиц, историческими фактами, называет фамилии известных в городе людей как хорошо и давно ему знакомые.
На днях мы опять переписывались по «аське». Миша  рассказывает, что Норильск ему до сих пор снится. «Представляешь, – пишет он, – иду по Комсомольской, а там тополя по всей улице, и я думаю: ну как же так, а мне говорили, что в городе нет деревьев». И добавил: «Где я только не был в отпуске. А этот стал реально самым хорошим».
Удивительный человек этот Миша Корсаков. Так  долго и терпеливо шел к своей мечте. Именно шел, а не ждал лежа на диване, пока сама сбудется. И мечта в конце концов осуществилась. Все норильчане, которые общались с ним, отмечают одну вещь: этот заезжий чудак удивительным образом преобразил наш взгляд на Норильск. Он дал понять, что здесь можно чувствовать себя гармонично. Для этого надо просто любить город, в котором живешь.
Кстати, теперь у Миши новая мечта – увидеть Норильск летом. И что-то мне подсказывает, что и она сбудется.
Мороз – в радость
0

Читайте также в этом номере:

Окно в Китай (Александр СЕМЧЕНКОВ)
Прощай, сберкнижка! (Ольга ПОЛЯНСКАЯ)
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск