Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
С мечом в руках Далее
В четвертом поколении Далее
Бесконечная красота Поморья Далее
Гуд кёрлинг! Далее
Лента новостей
15:00 Любители косплея провели фестиваль GeekOn в Норильске
14:10 Региональный оператор не может вывезти мусор из поселков Таймыра
14:05 На предприятиях Заполярного филиала «Норникеля» зажигают елки
13:25 В Публичной библиотеке начали монтировать выставку «Книга Севера»
13:05 В 2020 году на Таймыре планируется рост налоговых и неналоговых доходов
Все новости
Окно в “Норильский никель”
СПЕЦИАЛЬНЫЙ РЕПОРТАЖ
24 февраля 2012 года, 12:35
Фото: Николай ЩИПКО
Текст: Татьяна РЫЧКОВА
Почетный металлург России мастер плавильного цеха никелевого завода Владимир  Бубенцов уже 35 лет работает на одном предприятии. Один час рядом с ним находился корреспондент “Заполярного вестника”.
15 февраля, 7.45, никелевый завод. Через пять минут в  комнате мастеров плавильного участка начнется планерка. Окно, у которого она проходит, необычное. Есть окна с видом на север или юг, можно прорубить окно в Европу, нечаянно найти окно в Париж. То, что находится в комнате мастеров плавильного участка, – окно в “Норильский никель”. Именно здесь, в плавильном цехе, 70 лет назад начиналось производство главного металла НПР. И сейчас за стеклом открывается необычный вид на зарево конвертеров, на скользящие по пролету мостовые краны и ковши с расплавом, похожие на огромные перевернутые колокола. Картинка все время меняется. Очень похоже на документальное кино.
“12 ковшей штейна принял…”, “Слил 15 ковшей шлака…” – переговариваются рабочие, отработавшие смену. Судя  по эмоциональной лексике, смена была нелегкой.

Раздача автографов

Утреннюю планерку ведет мастер Владимир Бубенцов. Рассказывает: вчера варили на конвертерах столько-то плавок, сумма штейна такая-то. Поручает: бригадиру Нечаеву стажировать вновь принятого конвертерщика. Сообщает: с утра работает вторая дробилка, первая на профилактике. Предупреждает: запрашиваться постоянно с ковшами, столько-то в пролете, столько-то на думпкаре. Напоминает: изложницу недолитую долить, две гондолы (железнодорожные полувагоны), идущие с НМЗ в пургу четвертые сутки, встречать.
Запомнить удается только кое-что. Не зря Владимиру Николаевичу начиная с советских времен вручали знаки отличия: лучший мастер цеха, лучший мастер завода, комбината… Десять минут – и все задания розданы, планерка закончена. Человек десять подходят к мастеру Бубенцову с  журналами допусков  к работе. На смене он ответственный абсолютно за все и потому несколько минут раздает автографы. В это время  начальник плавильного участка Александр Колесников отвечает на вопрос, какую роль играют опытные работники, а конкретно наш главный герой, в жизни предприятия.
– На него всегда, в любую смену, в любое время, можно положиться. Все уверены, что в смене не будет прокола, задание будет выполнено. Сам человек характеризуется только с положительной стороны, потому что… потому что это Владимир Николаевич.  

Мобильник плавится

Владимир Бубенцов в цехе 35 лет, работал на всех переделах: рудном дворе, печах, конвертерах. Поэтому в теме. Конечно, людям со стороны невозможно в один присест узнать  секреты производства файнштейна. Мы просимся стать действующими лицами документального “кино” за окном комнаты мастеров хотя бы на полчаса, хотя бы в роли экскурсантов.
Надеваем фирменные суконные куртки металлургов и каски, берем фильтрующие коробки для дыхания. Процесс конвертирования связан с выделением сернистого газа, поэтому воздух здесь специфический. Сегодня на плавильном участке им (конечно, через фильтрующие коробки противогазов) будут дышать пять машинистов кранов, три стропальщика, разливщик, дробильщик, шихтовщица, четверо конвертерщиков, дежурные слесарь и электрик, подрядчики-ремонтники.    
Уже на месте мастер Бубенцов растолковывает: за стенкой электротермический участок, оттуда в ковшах приходит штейн. Его обогащают, уменьшая количество железа, получается файнштейн.
Под огненным фейерверком, взметнувшимся из конвертера (здесь идет продувка, помогающая извлечь металл и отделить шлак), становится ясно, почему рукава и полочки курток металлургов двойные. Чтобы не так быстро прогорали. Мастер Бубенцов в ответ на просьбу сообщить номер его мобильника отвечает: “Когда позвоните? А то телефон я сюда не беру, горячее здесь все, плавится он возле ковша”.

Шар-баба на слитках  

Александр Колесников поясняет, почему файнштейн из конвертера сбегает тоненькой струйкой в приямок, а не в ковш. Он показывает нам, как конвертерщик наверху металлургической ложкой отбирает из этой струйки пробу на анализ для определения готовности файнштейна по содержанию в нем железа. Его определяют экспресс-анализатором.  
– Как опытные металлурги определяют готовность продукта без анализа?
– По цвету массы на ломике, – отвечает мастер Бубенцов. – Если она темная, файнштейн готов, если белая или зеленая – нет. Тут у каждого конвертерщика свои приметы.
Готовый  файнштейн, разлитый в изложницы, остывает и превращается в слитки. На плавильном участке соседствуют  прямоугольные 25-тонные слитки с “Надежды” (на НМЗ нет своего дробильного цеха) и круглые 23-тонные с никелевого завода.
– ОТК каждый слиток завешивает, – рассказывает Владимир Бубенцов, – затем мы завозим их в бункер, берем магнитной шайбой шар-бабу весом восемь тонн, кидаем ее на слиток, он разбивается на несколько кусков. Грейфером перемещаем полученные куски в дробилку, дробленый продукт идет на участок разделения файнштейна в обжигово-восстановительный цех.
Горячий у мастера Бубенцова фронт работ. И масштабный.  

Нюансов много

Спрашиваем у мастера: эмоциональность в лексике рабочих, услышанная нами в комнате планерок, повышает эффективность труда?
– Человек восемь часов отработал, ночь, смена  тяжелая, много всяких нюансов, непредвиденных обстоятельств. Поломки  крана – одна, вторая, третья – хоть и небольшие, но отражаются на производстве. Это уже от усталости, – объясняет мастер. – Рабочий момент: ругнулся – стало легче.
Ничего не попишешь: тяжелая работа  – производство норильского никеля. Он рождается на свет в соответствии с особенностями нашего национального характера.  
– Но! – говорит мастер Бубенцов. – У людей есть возможность отдохнуть.  График у нас  – три/два: три рабочих дня, два выходных, отпуск 90 дней, сейчас дорогу сделали каждый год оплачиваемую, тем более не одному работнику, а всем членам семьи. Пожалуйста, езжайте, отдыхайте. “Заполярье” на ремонте, так есть другие варианты: Болгария, Испания, в “Белокуриху”, я знаю, сейчас поехали люди. Сам я за границу не езжу, а в “Заполярье” раз в два года обязательно бываю.
– С такой работой, наверное, на хобби сил  не остается?
– Почему же, у нас автолюбители есть, рыбаки, охотники,  художники, фотографы – у каждого свое увлечение.
– Можете назвать свою работу любимой?
– В общем, так.
Уже подрядчики машут мастеру сверху:  давай допуски на ремонт крана!  Мастера нужно отпускать. Мы поднимаемся в комнату планерок с окном в “Норильский никель”, чтобы переодеться. За стеклом снуют мостовые краны, под тонкой корочкой пепельной ошлаковки в ковшах огненно-красным цветом отливает файнштейн. Документальное “кино” длиной в 70 лет продолжается, 35 лет его актером и режиссером является мастер Бубенцов.
Действующие лица документального “ кино”. В центре – мастер Бубенцов
Конвертерщик отбирает пробу для определения готовности файнштейна
Работа тяжелая, но возможность отдохнуть есть
0

Читайте также в этом номере:

Талант в землю не зароешь (Ольга ЛИТВИНЕНКО)
Озеленять решили по науке (Евгения СТОРОЖКО)
Не просто работа (Евгения СИДОРУК, главный специалист городского архива)
Поздравления от души (Елена ПОПОВА)
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск