Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
Экстрим по душе Далее
Гуд кёрлинг! Далее
В четвертом поколении Далее
С мечом в руках Далее
Лента новостей
15:50 Завтра в некоторых домах Норильска снизят параметры отопления
14:15 Пятеро работников Надеждинского металлургического завода получили награды федерального уровня
13:30 На Надеждинском металлургическом заводе обновили трубопровод оборотного водоснабжения хвостохранилища
12:05 NordStar проводит распродажу авиабилетов на рейсы из Красноярска в Санкт-Петербург и Пекин
11:35 «Норникель» рассказал об «интеллектуальном хвостохранилище» и волонтерстве
Все новости
В цепких лапах “крокодила”
ПРОБЛЕМА
18 мая 2011 года, 15:31
Фото: Ален БУРНАШЕВ
Текст: Ален БУРНАШЕВ
Власти Норильска ведут непримиримую борьбу с дезоморфиновой наркоманией. Увидеть проблему своими глазами, со всеми ее тяжелыми подробностями, смог корреспондент “ЗВ” Ален БУРНАШЕВ, побывав в наркологическом отделении психоневрологического диспансера.
Разлагает душу и тело
Впервые дезоморфин синтезировали в конце 90-х годов прошлого века в США при попытках найти более сильный анальгетик, чем морфин. Дезоморфин оказался в 10 раз эффективнее морфина, однако вызывал более быстрое развитие зависимости и тяжелые осложнения. Поэтому был в итоге запрещен.
По силе действия дезоморфин превышает героин примерно в четыре раза. Зависимость развивается после второй-третьей инъекции. Течение заболевания очень тяжелое из-за выраженной психической зависимости пациентов – человек испытывает желание употребить наркотик не менее семи-восьми раз в день.
В России дезоморфин стал “популярен” после того, как в свободной продаже появились кодеиносодержащие медицинские препараты. Раньше они отпускались по рецепту, заверенному двумя печатями, при этом велся количественный учет. Благодаря этому злоупотребления при продаже кодеина сводились к минимуму. Соответственно, зависимых от этого препарата в стране не было.
После того как зарубежные фармацевтические компании (ведущие производители кодеиносодержащих препаратов) пролоббировали отмену рецептурного отпуска своей продукции, она появилась в свободной продаже. И очень быстро нашелся способ получения дезоморфина.
Российские наркозависимые называют дезоморфин “крокодилом”. Отчасти потому, что наркотик буквально “съедает” человека. Отчасти оттого, что кожа на месте укола у многих становится твердой, как пластинка на шкуре рептилии.
Дезоморфиновая наркомания в России – одна из главных государственных проблем. Срок жизни зависимого от дезоморфина, или, как их еще называют, “крокодильщика”, год-полтора. За это время человек практически заживо разлагается.
 
Что противопоставить фармацевтам?
За последние годы дезоморфин стал головной болью и для властей Норильска. Начальник отдела по взаимодействию с правоохранительными органами Норильского совета депутатов Игорь Атаниязов напоминает, что в начале века городским властям удалось победить героиновую наркоманию – в 2000–2003 годах в Норильске действовала программа профилактики наркомании и усиления борьбы с незаконным оборотом наркотиков. Работа городских и федеральных служб дала результат – в течение последующих пяти лет проблема была неактуальной.
– В 2008–2009 годах в Норильске отмечен резкий всплеск употребления дезоморфина. Эта проблема была нам мало знакома, она стала очевидна, когда смертность от употребления “крокодила” резко возросла, – поясняет Игорь Атаниязов.
С 2007-го по 2010 год, по данным медиков, в Норильске умерло от употребления дезоморфина более ста человек. И это только от наркотика. А сколько умерло от сопутствующих заболеваний, от цирроза печени и многих других? Мало кто знает.
В 2008 году в городе приняли новую антинаркотическую программу на 2009–2011 годы. Главная ее цель – добиться запрета на безрецептурный отпуск кодеиносодержащих лекарственных средств, главного сырья для изготовления “крокодила”. В рамках программы городские власти регулярно проводят проверки аптек. Игорь Атаниязов напоминает, что сегодня в одни руки можно продавать не более двух упаковок кодеиносодержащих лекарств. Однако это требование закона соблюдают далеко не все.
– Проверять аптеки мы начали еще в 2008 году. С сентября 2008 года по 31 декабря 2009-го провели 105 проверок, выявили 25 нарушений. В 2009-м мы требовали от руководителей аптечных учреждений всех форм собственности соблюдать закон. Все божились, что больше не допустят нарушений. Однако в январе – апреле 2011 года по результатам 19 проверок в восьми аптеках вновь были выявлены нарушения, в некоторых даже по два, – рассказывает Игорь Атаниязов. – Доходит до того, что в некоторых норильских аптеках наркозависимым продают кодеиносодержащие препараты даже в долг.
19 апреля этого года городские власти потребовали от владельцев аптек уволить провинившихся работников. В их число попали и трое сотрудников муниципальной аптечной сети “Фармация”, включая директора. Несмотря на попытки фармацевтов оспорить это решение, власти города придерживаются непримиримой позиции.
 
Нужен закон
Другим направлением городской антинаркотической программы является выявление и ликвидация наркопритонов, где изготавливают и употребляют дезоморфин. В 2010 году закрыто восемь, в первом квартале этого года – уже шесть наркопритонов. Игорь Атаниязов призывает всех норильчан бороться с наркотическим злом – сообщать обо всех подозрительных жилых помещениях участковым, в городское УВД или наркополицейским.
И конечно, главным решением проблемы, уверен Атаниязов, могло бы стать принятие федерального закона о запрете отпуска кодеиносодержащих препаратов без рецепта. Городские власти не имеют полномочий для подобного запрета – он может нарушить права обычных людей, которые покупают лекарства по медицинским показаниям. Игорь Атаниязов надеется, что важный федеральный закон примут до конца этого года.
Официальное число горожан, впервые употребивших наркотики, в 2010 году увеличилось на 9% по сравнению с 2009-м. А годом ранее рост составил 150%! То есть можно говорить о том, что сейчас ситуация стабилизировалась. К тому же медики прогнозируют, что рост числа впервые употребивших наркотики в 2011 году будет еще меньше. Сегодня в Норильске официально зарегистрирован 1161 наркоман. Понятно, что реальные цифры совсем другие.
Напоследок Игорь Атаниязов передал журналистам диск с документальными фильмами, снятыми при поддержке наркополицейских. Кадры ужаснут всех – дезоморфиновая наркомания убивает россиян.
 
Медики против кодеина
Психиатр-нарколог Красноярского краевого психоневрологического диспансера №5 Ирина Власкина говорит о том, что раньше с помощью кодеина наркозависимые пытались уйти от героиновой или опийной зависимости.
Дезоморфин имеет другое строение, при его изготовлении используются очень агрессивные вещества: фосфор, кристаллический йод, муравьиный спирт, бензин, химические растворители. И эти вещества наркозависимые вводят внутривенно.
– Лечение дезоморфиновой наркомании очень тяжелое. Вредные примеси, от которых при кустарном приготовлении дезоморфина невозможно избавиться, оказывают тяжелейшее влияние на организм, – говорит врач.
При регулярном приеме дезоморфина быстро наступает поражение психики, так называемая токсическая энцефалопатия: у человека резко ухудшается память, аналитические способности, повреждаются витальные функции. “Крокодильщики” даже в предсмертном состоянии не могут отказаться от употребления наркотика. Они убегают из больниц и, несмотря на то что организм гниет, продолжают принимать дезоморфин.
– Действие дезоморфина непродолжительное, всего около четырех часов, поэтому потребность в дозе постоянная. “Крокодил” изготавливают и употребляют непрерывно. На пациентах практически нет живого места от инъекций – колют и в молочные железы, и в половые органы, шею, куда только можно, – разводит руками Ирина Власкина.
С тех пор, продолжает врач, как в свободной продаже появились кодеиносодержащие препараты, героиновую зависимость в Норильске не лечат, таких пациентов просто нет. За последние четыре года в Норильске появились всего один-два героиновых наркозависимых. А вот с “крокодильщиками” ситуация крайне серьезная.
Смертность от дезоморфина очень высока. Все агрессивные вещества, которые сопровождают в растворе наркотик, вызывают повреждение сосудов, резко снижают иммунитет, мелкие частички препарата забивают кровеносные сосуды, в связи с чем возникают асептические пневмонии, тяжелые абсцессы и сепсис.
– Фактически к нам обращаются люди, когда дальше тянуть некуда. Часто наркозависимые еле доходят до нашего приемного покоя, некоторых мы несем на руках, – говорит Ирина Власкина.
Многие из ее пациентов раньше употребляли героин. Потом у них была продолжительная ремиссия, за время которой они завели семьи, окончили институты, имели хорошую работу. Когда появился дезоморфин, все, кто его попробовал, сразу же попали в тяжелую зависимость.
К слову, значение кодеина в медицине минимальное, его назначение – подавлять сухой кашель. Другого лекарственного применения кодеин не имеет. Даже как обезболивающее при головной боли он низкоэффективен. Заменителей кодеиносодержащих препаратов в фармакологии сколько угодно, причем они более эффективны и дешевы. Однако каждый наркоман, по словам Ирины Власкиной, ежедневно приносит в аптеку от 500 до 2000 рублей.
– Думаю, смысл вступления в России в силу закона, разрешающего продажу кодеиносодержащих препаратов, состоял только в заработках зарубежных фармацевтических компаний. Закон, по сути, рассчитан только на наркозависимых. Ни в какой стране мира этих препаратов нет в свободной продаже. У нас доход маленьких аптек, не сетевых, фактически полностью обеспечивают наркозависимые, – уверена врач.
 
Должна быть надежда
25-летний Максим и 38-летний Тофик перед выпиской соглашаются побеседовать с журналистами, но не называют фамилий и просят не показывать их лица.
Первым начинает рассказ Максим. Впервые он попробовал “крокодил” полтора года назад. Говорит, не понравилось. Однако почти абсолютная привыкаемость и много свободного времени сыграли роковую роль.
– На семью – а у меня была жена, ребенку, сыну, сейчас два с половиной года – плюнул, начал принимать дезоморфин, – рассказывает парень.
Сначала это были просто инъекции, потом Максим начал варить наркотик сам – в “варочной” квартире, как называют наркопритоны употребляющие “крокодил”. Там варят, тут же употребляют, опять варят-употребляют. И так до конца. Жизни. Максим спокойно делится с журналистами способом приготовления наркотика, демонстрирует руки со следами инъекций и шею с еле заметной дорожкой – она тоже не избежала уколов.
Максим рассказывает, как пытался завязать с “крокодилом”, уехав на материк. Но выдержал всего полгода. Вернувшись в Норильск, узнал, что жена ушла к другому. Это сломило парня, хотя, по его словам, он был готов к нормальной жизни.
– Я даже получил диплом. Но затем загулял в отпуске, не вышел на работу, потерял ее. Начал колоться и скололся. У меня теперь координация движений нарушена. Так что я “залетаю” то назад, то вперед. Могу бежать-бежать, споткнуться, упасть, – пытается шутить парень.
Максим верит, что может вернуться к новой жизни. Мечтает повидать ребенка, найти девушку, которая будет держать его в ежовых рукавицах, вернуться к прежней работе. Ирина Власкина, присутствующая при разговоре, немного сомневается в планах бывшего пациента: ноги Максима не слушаются, будут ли обратимы последствия употребления дезоморфина – неизвестно. То же самое касается памяти, координации движений. Но есть надежда, а это главное.
Максим самостоятельно пришел в наркодиспансер, пришел от друзей, таких же, как он сам. Сегодня кто-то из этих друзей жив, кто-то отбывает наказание за преступление, а кто-то не выдержал “сожительства” с “крокодилом”.
Что касается Тофика, то Ирина Власкина называет его уникальным. У Тофика нет следов уколов на руках, но он употребляет наркотики с 1991 года. Поначалу это была марихуана, затем опий-сырец, потом героин, кокаин. Последний год с небольшим употреблял “крокодил”.
Тофик рассказывает о себе осторожно: впервые попробовал наркотики в 18 лет, думал, раз курит марихуану, значит крутой. Теперь за плечами тюремный срок и небольшие перерывы в употреблении наркотиков.
– Я был в местах заключения, там с наркотиками туго, переходил на алкоголь. Но все равно возвращался к одному и тому же. Ты думаешь, что, после того как откажешься от алкоголя, к наркотикам уже не вернешься. На самом деле это не так. Ты остаешься с наркотиками, они остаются в тебе, – говорит Тофик.
Дальше – срывы, постоянный поиск денег. И самое страшное, когда из-за жажды очередной порции наркотического забвения забывается все человеческое.
– Наплевать. Мораль, принципы для тебя уже ничто. Ты колешься, колешься, колешься и скалываешься до того, что тебя уже “не прет”. И тебе нужно просто уколоться ради того, чтобы двигаться, ходить, что-то делать, – говорит пациент наркодиспансера.
Бывших наркоманов Тофик не встречал. Да, говорит он, люди держатся и по десять лет. Но потом что-то происходит, и наркотики вновь возвращаются в жизнь человека.
 
Лечение по рецепту
Игоря Атаниязова, Ирину Власкину, Максима и Тофика объединяет одно. Все они в один голос призывают запретить свободную продажу кодеиносодержащих лекарственных препаратов. Хорошим решением проблемы, считает Игорь Атаниязов, стало бы и возрождение системы лечебно-трудовых профилакториев.
– По решению суда наркоманов и алкоголиков направляли в ЛТП принудительно, кто-то сам писал заявление. В этих профилакториях человек на полтора-два года был выхвачен из прежней жизни, круга знакомых, которые втягивают его в наркоманию, – говорит Игорь Атаниязов.
С ним соглашается и психиатр-нарколог. Но Ирина Власкина говорит не только о лечебно-трудовых профилакториях, в стране много добровольных обществ, которые помогают людям избавиться от наркотической зависимости. Врач полагает, что запрет на свободную продажу кодеиносодержащих лекарственных препаратов сможет решить и другую проблему.
– Я считаю, что нужно срочно вводить рецептурный отпуск всех лекарственных препаратов. Потому что сегодня фактически произошла замена врача провизором. Приходит человек в аптеку и просит “что-нибудь от живота, от головы, от кашля”. А ведь человеку нужно поставить диагноз, прежде чем выписывать лекарство. Пока людей в России лечат аптекари. Мы, врачи, получаем лишь запущенные случаи заболеваний. В результате от туберкулеза умирают на дому, большое число случаев запущенных онкологических заболеваний. Лечить должен врач, – уверена Ирина Власкина.
У Максима и Тофика свои аргументы в пользу отпуска кодеиносодержащих препаратов исключительно по рецепту врача. По мнению наркозависимых, сегодня аптеки – постоянный соблазн для употребляющих дезоморфин.
– Это губит молодежь! – восклицает Максим. – Это же синтетический дезоморфин.
– Я готов к нормальной жизни. По крайней мере, пока, – осторожничает Тофик. – Если уберут кодеин, то будет здорово. Правда, могут появиться новые наркотики, – тут же заявляет наркозависимый с почти 20-летним стажем.
 
Вместо эпилога
Новую атаку на наркоманию начали и федеральные власти. Президент России Дмитрий Медведев поручил правительству выработать предложения об установлении “ответственности за систематическое немедицинское употребление наркотических и психотропных веществ”. Среди других поручений президента – ужесточение уголовной ответственности за незаконный оборот наркотиков и их распространение среди молодежи, раннее выявление наркомании, в том числе среди школьников, введение ответственности за распространение наркотиков во время развлекательных мероприятий, борьба с распространением наркотиков в Интернете и так далее.
По данным Минздравсоцразвития, в 2010 году в стране насчитывалось более 550 тыс. граждан, состоящих на наркологическом учете. Впрочем, по оценкам главного нарколога Минздрава Евгения Брюна, истинное число наркоманов в России – около 1,5 млн человек. По оценкам других экспертов, их число может быть гораздо больше.
 
Главным решением проблемы дезоморфина могло бы стать принятие федерального закона о запрете отпуска кодеиносодержащих препаратов без рецепта.
Максим сам варил и употреблял “крокодил”
Ирина Власкина: “Значение кодеина в медицине – минимальное”
Лечение дезоморфиновой наркомании очень тяжелое
0
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск