Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
С мечом в руках Далее
В четвертом поколении Далее
Бесконечная красота Поморья Далее
«Легендарный» матч Далее
Лента новостей
15:00 Любители косплея провели фестиваль GeekOn в Норильске
14:10 Региональный оператор не может вывезти мусор из поселков Таймыра
14:05 На предприятиях Заполярного филиала «Норникеля» зажигают елки
13:25 В Публичной библиотеке начали монтировать выставку «Книга Севера»
13:05 В 2020 году на Таймыре планируется рост налоговых и неналоговых доходов
Все новости
Сергей АЛАБУГИН: “Это наш праздник!”
АКТУАЛЬНОЕ ИНТЕРВЬЮ
12 июля 2010 года, 13:26
Текст: Валентина ВАЧАЕВА
День рыбака отмечают не только рыболовы, но и рыбоводы. Норильский рыбоводно-инкубационный завод без малого четверть века компенсирует природе ущерб, наносимый человеком, возвращая ежегодно в Норило-Пясинскую водную систему миллион радужных мальков.
И у рыб есть память
– Если бы не было рыбы, не было бы и рыбаков. Мы ее разводим, рыбаки радуются, – смеется директор Норильского рыбоводно-инкубационного завода Сергей Алабугин. – День рыбака –  наш праздник. Накануне мы обмениваемся поздравлениями и праздничными пожеланиями с коллегами и руководством, находящимся в краевой столице. В начале июля традиционно привозим первую партию икры хариуса с озера Кета, вернее, из устья реки Кета-Ирбэ, где происходит нерест. Между прочим, это единственное на территории озеро, имеющее паспорт. В отличие от Ламы, Глубокого, Собачьего, в Кете изучены все виды, обитающие в озере. Наличие этой информации дает возможность запускать туда наших мальков. Тем более что именно там мы берем икру. Для мальков очень важно вернуться на “родину”. Если их выпустить в другом месте, то они все равно будут стремиться в родные пенаты.
– В конце мая – начале июля мы, слегка обманув природу, выпустили в озеро гольца и сига, – продолжает Сергей Алабугин. – Дело в том, что в это время на озере еще нет чаек, да и озерные хищники запрограммированы на более позднее появление диких мальков. Таким образом, наша “продукция” остается в целости и сохранности и хорошо выживает. В этом году для выращивания сига и гольца на заводе использовались новые инкубационные шкафы из Германии. Они лучше и качественнее прежних: выше выживаемость икринок, меньше расход воды.
– Качество воды в этом году вас не смущает?
– Вода из Норилки только зимой чистая, а в остальное время создает нам множество проблем, загрязняя рыбоводную продукцию. Но другой у нас нет. В этом году в начале июля все таймырские озера еще во льдах. Обычно в это время можно передвигаться по озеру на лодке, хотя и раньше случалось, что летом шел снег. Например, в июле 1989-го снежный покров достигал 14 сантиметров.
– Холодное лето как-то сказывается на ваших подопечных?
– Малькам важно, чтобы они были дома. Им все равно, какая температура за “бортом”, а вот птиц жалко. Они сейчас на гнездах, птенцов высиживают, там должно быть не ниже 40 градусов, а лето все не наступает. Ягоды цветут плохо, будет ли в этом году урожай – трудно сказать.
 
О насущном
– Когда полетите на озеро в следующий раз?
– Как только погода будет. На Кете на подходе вторая партия икры хариуса. В августе мы ее выпустим. А там не за горами – сиг, голец выращивать которых будем зимой. Работа у нас такая: берем икру, выращиваем, выпускаем. Пока все складывается неплохо: и икры берем больше обычного, и мальков благодаря новому оборудованию выращиваем больше. Да нам иначе нельзя. По новому закону выплаты за ущерб, наносимый рыбному хозяйству, поступают только постфактум после того, как завод вырастит нужное количество будущих рыб. По этой схеме мы работаем второй год.
– Кто платит по вашим  счетам?
– “Таймыргаз”, “Норильскгазпром”, “Роснефтегаз”, “Ванкорнефть”. Они форсируют реки, прокладывая дюкеры, строят причалы, берут прибрежный песок, нанося тем самым ущерб рыбным ресурсам, который и возмещают…
– Хватает ли этих выплат для нормального функционирования завода?
– Министерство рыбного хозяйства поддерживает в основном промысловиков. Для них главное, чтобы рыба ловилась, а о рыбоводстве больше говорится, чем делается. Вы же видите, как выглядит наш завод, один из немногих сохранившихся в крае? А зарплата сотрудников? Работа тяжелая: женщины по 12 часов имеют дело с водой, температура которой  около трех градусов. Хотелось бы платить им больше, но не получается. Деньги идут в край, нам возвращается ровно столько, сколько нужно для выживания.
 
Охота пуще рыбалки
– Скажите, вы только рыбовод или еще и рыболов?
– По образованию я биолог-охотовед и много лет проработал в НИИ сельского хозяйства в отделе промысловой биологии. Вместе с коллегами стоял у истоков разведения на Таймыре овцебыков. До работы на заводе занимался ихтиологией, но рыбаком никогда не был, хотя вырос на Енисее. Думаю, что знаю о рыбе все, но всю жизнь предпочитаю рыбалке охоту.
– Как поживают овцебыки на земле своих предков?
– Живут они прекрасно. Сегодня на Таймыре около пяти тысяч голов, их расселяют и на Ямал, и в Якутию, где они также когда-то обитали. Я считаю, что и на Таймыре их также нужно расселять по пустующим нишам. Другим обитателям тундры овцебыки не конкуренты, так как не склонны к миграции. На площади в 100 квадратных метров стадо из трех быков может спокойно перезимовать, правда, при этом все съедобное на этой территории будет употреблено в пищу.
– Из трех голов? А может ли это называться стадом?
– Среднестатистическое стадо в Гренландии состоит, как правило, из пяти особей. Но и самец с самкой и теленком – уже стадо.
– Можно ли сказать, что овцебык – ваше любимое животное в дикой природе?
– Меня всегда восхищал и восхищает дикий северный олень. Такая сила, выносливость, красота! Когда приходит сезон размножения, то стокилограммовый самец, выполнив свою работу, очень сильно худеет, но силы своей при этом не теряет.
– А есть ли в природе рыба, вызывающая у вас такое же восхищение?
– Таймень.
– Так, может, стоит в вашем рыбопитомнике кроме хариуса, сига и гольца разводить еще и тайменя?
– Таймень обитает в труднодоступных местах. Его очень трудно поймать, так как на нересте самка вообще ничего не ест… Сколько мы ни пытались, но заполучить одновременно самку с икрой и самца не случилось. Одно слово – царь-рыба.
Рыбовод выбирает икринки, нуждающиеся в помощи
У выбракованных еще есть шанс превратиться в мальков
Хариус чаще заболевает, но зато растет всего полтора месяца
0
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск