Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
Экстрим по душе Далее
Гуд кёрлинг! Далее
«Легендарный» матч Далее
С мечом в руках Далее
Лента новостей
15:00 Любители косплея провели фестиваль GeekOn в Норильске
14:10 Региональный оператор не может вывезти мусор из поселков Таймыра
14:05 На предприятиях Заполярного филиала «Норникеля» зажигают елки
13:25 В Публичной библиотеке начали монтировать выставку «Книга Севера»
13:05 В 2020 году на Таймыре планируется рост налоговых и неналоговых доходов
Все новости
Нос в муке или газета в руках?
Свой взгляд
21 июля 2011 года, 14:20
Текст: Татьяна РЫЧКОВА
Время идет, идеалы меняются
Сидели мы однажды вместе с моей родственницей на кухне, пили чай, и она рассказала историю про свою давнюю знакомую, которую я буду называть Ленькина мама, так как концовка рассказа привязана именно к этому Леньке.
Ленькина мама совсем не любила готовить и по дороге с работы всегда приобретала полуфабрикаты. А дома открывала газету и говорила пришедшему с работы мужу: “Вон я тебе купила. Трудно, что ли, подогреть”. То же самое оттуда, из-за газеты, слышали ее отпрыски. Итог получился интересный. Когда дети пошли в школу, мама могла ответить на все их вопросы, а дети тоже взяли в руки газеты и книги.
“И когда Ленька окончил институт, его пригласили на работу в Америку”, – завершила историю родственница.
Остается только удивляться Ленькиной маме, которая сразу поняла, что две работы для женщины (служба и домашняя) – это неправильно. Чудовищный перекос. Что-то из “графика” нужно выбросить. Принято считать, что женщина должна успевать все и на работе, и дома. Откуда взялась такая установка? Это смесь из революционной, после 1917 года, эмансипации женщин и правил из известного произведения XVI века – Домостроя.
Согласно этой книге, добрая (то есть хорошая) жена встает ночью и, “найдя волну (шерсть) и лен, сделает благопотребное руками своими… И встанет ночью (опять!), и сготовит пищу для дома, и дело даст слугам. Перепоясав крепко чресла свои, утвердит мышцы свои на дело. И детей своих поучает… И не угасает светильник ее целую ночь. Не беспокоится о доме муж ее. Многоразличные одежды преукрашенные делает мужу своему и себе, чадам и домочадцам своим. Добрая жена веселит мужа своего, и годы его наполняются миром”.
Заметим, что у домостроевской, освобожденной от службы женщины имелись еще и слуги. Послереволюционная же должна была нагрузить на горб целый воз и тащить его по жизни с бодрой улыбкой. На верхушке воза поместился мужчина, потому что та же революция 1917 года постепенно отняла у него топор, рубанок, пилу, вожжи, кнут, острую косу и тяжелый молот – его лепту, вносимую в домашнее хозяйство, а с ней и необходимые для продления жизни физические нагрузки. И российский мужчина начал вырождаться, спиваться и колоться. Удивительно, но у нас в НПР сохранился, сумев приспособиться к новым условиям, тот реликтовый вид мужчины. Он сменил плуг и соху на катер, лодочный мотор “Вихрь” и снегоход и время от времени возвращается на круги своя. Однако все же большую часть времени проводит дома. Работают оба супруга, устают на работе оба, значит, логично поделить семейные обязанности поровну. Но всегда ли так бывает?
Та самая моя родственница, приятельница Ленькиной мамы, рассказала, как в свое время (это было уже более полувека назад) ее родная мама и свекровь, женщины деревенские, дореволюционной закваски (в Норильске они жили все вместе под одной крышей), корили ее за малейшую попытку приобщить новоиспеченного мужа к бытовым обязанностям. Говорили: “Это женская работа”. Традиции Домостроя навек загубили того мужчину для дома. В те же времена коллега мужа потихоньку приглашал в помощь своей жене-преподавателю домработницу и сам частенько вставал к плите. Потому что не бывает так, чтобы можно было одинаково хорошо управиться с делами на службе и с детьми и кастрюлями дома.
Недавно, например, один известный металлург, приезжавший в Норильск на юбилей, сказал: “Жениться на учительницах не надо никогда”. Еще бы: они же и дома проводят время в подготовке к урокам. А в те, дореволюционные времена, выйдя замуж, тотчас уходили со службы, в учительницах оставались только старые девы. Однако в наше время для того, чтобы женщина села дома и по-настоящему занялась хозяйством и детьми, нужно, чтобы доход ее мужа составлял хотя бы 80–100 тысяч.    
Есть среди моих молодых родственниц и знакомых те, кто вернулся к старому укладу. Сидят дома, ведут хозяйство, нанимают нянь, тщательно отчитываются перед мужьями в расходах, пекут пироги и прочие вкусные плюшки, отвозят детей в школу на приобретенных супругами машинах. Другая моя молодая родственница с большими экономическими запросами (большинству современных мужчин таковым соответствовать практически нереально) сделала успешную карьеру, приставила к дочери двух нянек и с ностальгией вспоминает маму своей подруги, у которой нос всегда был в муке, а дома пахло пирогами. Как и многие современные женщины, она просто не может позволить себе роскошь заняться гастрономией, хоть и имеет к этому таланты и расположенность.
Я не утверждаю, что домостроевские традиции плохие, но несовместимые с реальной жизнью точно. Впрочем, находятся отдельные российские женщины – исключения из правила. Как-то в телевизионной передаче писательница Татьяна Устинова рассказывала, что каждый вечер встречает своего мужа как суперпочетного гостя презентации – хлебом-солью (точнее, горячим ужином) на рушнике. Традиции у них такие семейные. Уже второй год в Норильске при храме Всех Скорбящих Радость работает кулинарный кружок. Там девочек учат готовить, говорят, что пора вернуть женщину домой. Вернется ли Домострой, покажет время.
0

Читайте также в этом номере:

Ремонтов много не бывает (Ольга ЛИТВИНЕНКО)
Мой Норильск (Валентина ВАЧАЕВА)
С парадоксом покончено (Татьяна РЫЧКОВА)
Достроенное ликвидировать (Александр СЕМЧЕНКОВ)
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск