Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
Гуд кёрлинг! Далее
Бесконечная красота Поморья Далее
Экстрим по душе Далее
С мечом в руках Далее
Лента новостей
15:00 Любители косплея провели фестиваль GeekOn в Норильске
14:10 Региональный оператор не может вывезти мусор из поселков Таймыра
14:05 На предприятиях Заполярного филиала «Норникеля» зажигают елки
13:25 В Публичной библиотеке начали монтировать выставку «Книга Севера»
13:05 В 2020 году на Таймыре планируется рост налоговых и неналоговых доходов
Все новости
Милкино лето
28 июля 2008 года, 14:35
Фото: Денис КОЖЕВНИКОВ
Папа с мамой думают, что говорить я еще не научилась и ждут не дождутся, когда  начну. Папочка говорит: «Пора уж выражаться членораздельно». А пока он, задумчиво глядя на меня, глубокомысленно заявляет, будто в данный момент его дочь находится где-то на одной ступени с нашими общими предками. Это про то, что я пока лишь мычу. Лично мне от этого только лучше: никто не пристает с просьбами что-то рассказать или прочитать стишки. Мама с папой и так понимают меня с полувзгляда, большего мне пока и не требуется. А мыслить я умею и без них.
О мутантах
Вот, например, папочка тут заявил, что из Норильска следует выезжать если не каждое лето, то, во всяком случае, как можно чаще. Чрезвычайно своевременная мысль, поскольку сам он не выезжал с Севера лет эдак пять, и настолько там адаптировался, что потерял  иммунитет ко всему «материковскому». Он и сейчас ходит вторую неделю в соплях, угодив под южный сквозняк Белгородчины при выходе из самолета.
Я уж молчу про то, что наша северная «консервотина» напрочь отбила у него восприятие всего свежего и натурального, так что ничего, кроме нее родимой, он принимать в пищу не в состоянии – тоже мутация своего рода. Он это изрек, выйдя в очередной раз из туалета на бабушкиной даче. Несварение, знаете ли.
К бабушке я стремилась давно: тут хорошо, особенно на даче. Папа тоже с удовольствием торчит здесь целыми днями и пытается вести, как он сам выражается, растительный образ жизни. Он встает ранним утром и слушает посреди огорода щебетание птиц. Соседи-дачники с опаской глядят на моего папашу в столь ранний час в таком непонятном состоянии. Да еще если рядом с ним восседает кошка Муська.
 
О кошке
Муська, вообще-то, не совсем наша. Еще прошлым летом она время от времени захаживала к нам на дачу неизвестно откуда – просто так, по пути, чтобы подкормиться. Столовалась она и у нашего соседа Исаича, но основную пищу добывала, как истинный хищник, – на охоте. Неоднократно поутру на веранде мы находили перья птиц или недоеденные хвосты никому не известных грызунов.
За стол и кров кошка вывела с нашей дачи всех грызунов, включая ежей. Последние как-то повадились лакать Муськино молоко – и зря! Так что с некоторых пор у нас на участке вывелись даже ящерицы. Впрочем, боевой кошке и этого оказалась мало, и она заставила всех дачных собак обходить наш дом стороной. Под раздачу попала даже миниатюрная шавка наших земляков из Дудинки, которой Муся так начистила декоративную морду, что конфликт грозил перейти в разряд междоусобных с прекращением всяких земляческих отношений. Но северяне дорожат дружбой, и потому Муськины территориальные интересы были деликатно учтены.
Но самое интересное в том, что Муська всегда непрерывно беременна. Она регулярно приносит потомство в сарае у нашего записного «акушера» Исаича, который, кстати, с таким же завидным постоянством котят топит. Так что Муськиных котят не видел никто. Мы с папой все-таки думаем, что Муську сей факт устраивает, поскольку пропадать время от времени в сарае у Исаича она не перестает.
 
Об огороде
Вот так папа с кошкой и торчат периодически посреди бабушкиного огорода в предрассветный час – птиц слушают. Муська, скорее всего, со своим интересом: думает, небось, как добраться до всех этих тварей разом! Что думает папа с такой блаженной физиономией, одному Богу известно. Уж во всяком случае не о возделывании того участка, на котором стоит. Из него садовод, как из газонокосилки сервер: в этом бабушка убедилась в первые же дни нашего пребывания на «фазенде». Вот ползать на карачках по клумбам с фотоаппаратом – это завсегда пожалуйста, даже невзирая на полуобморочное  состояние бабули при виде такого безобразия.
Но чтобы не ударить в грязь лицом в Норильске, папенька не преминул сфотографироваться посреди плантации в садоводческой экипировке – хвастаться будет. Даже вилок капусты из холодильника вытащил. И ему вряд ли известно, что за разновидность садово-шанцевого инструмента находится в руках. На этом, собственно, его успехи на ниве и заканчиваются. Отдуваться  за него приходится маме, которая, как оказалось, очень даже не прочь поковыряться в земле, а заодно обсудить с бабушкой среди ботвы некоторые проблемы современности.
 
О подземелье
Но следует отдать должное папеньке: он очень ярко себя проявил во время обнаружения и последующего обустройства подвала на даче. История получилась как в приключенческих романах. Разглядывая попавшиеся как-то на глаза документы на дом, дед свойственным штурману дальнего плавания в отставке глазомером заподозрил на территории неучтенные технической документацией площади-объемы. Вооружившись штурманской и логарифмической линейками, они с папенькой враз нашли себе альтернативу прополке огорода и вскоре огласили: в доме есть подвал, и, по самым скромным подсчетам, он должен составлять никак не менее 17 квадратных метров!
Это ж надо! Женская половина дома воспряла духом: столько солений и варений туда можно поместить! Дед возрадовался по тому же поводу: столько «всякой дряни» можно убрать с глаз долой, в том числе из его мастерской. Папа оживился просто так, потому что нашелся еще один повод разнообразить дачную жизнь. И все приступили к поискам входа в подземелье.
Долго его искать не пришлось: под линолеумом на кухне обозначился прямоугольник дверцы. Дед обнародовал единственное приемлемое объяснение: перед нашим новосельем шабашники-ремонтники просто «закатали» вход в подпол линолеумом, дабы не утруждать себя лишний раз.
Пришлось резать синтетику настила, но вопреки ожиданиям гостиной под ним не обнаружилось. То ли инспекторы технадзора при картографировании дачи схалтурили, то ли дед на старости лет попутал зюйд с вестом, но под домом оказалось помещение размером с небольшую кладовку. Правда, чулан оказался сухим, прохладным и вполне чистым. Для почина туда запустили меня и поставили на ночь банку с молоком. А позже папенька провел в подземелье несколько дней, монтируя проводку и делая стеллажи под чутким руководством с верхней палубы того же штурмана в отставке.
 
О речке
Кстати, дед при всей своей мореходности ни разу не согласился сходить с нами на речку. Объяснял он это просто: какая-то местная канава – не его масштаб, ему бы морские просторы! По-моему, ему просто лень, однако бабуля говорит, что дедовскую тонкую натуру ко всему прочему смущает двусмысленное название речки – Убля. Вот тебе и морской волк!
Речка и вправду так себе: куры вброд форсируют, но при этом течение быстрое. Папа привык дома на Енисее: разбежался, нырнул и стремительно обратно, пока не околел в холодной воде. Он и тут ринулся вниз головой с разбега, никого не послушав. Вынырнул, как и ожидалось, с гнездом из ила и тины на голове. Хорошо хоть очки снять догадался. Я с мамой пока веселилась на этот счет, тетя Таня заволокла меня на середину реки и оставила там. Ох, и натерпелась я! Воды-то действительно оказалось мне по грудь, но то, что стою на ногах, я заметила, только когда от души прооралась. Замолчала только потому, что на меня с берега молча пялились все, включая деревенскую шпану с лошадьми, и даже лягушки испуганно замолчали. Пришлось стыдливо тащиться своим ходом на берег.
 
«Унитаз, говоришь?»
Потом я с этой речки не вылезала – купалась до посинения, пока родители не выудят. К тому же живущие по соседству земляки любезно одолжили маме с папой велосипеды, так что до речки теперь было рукой подать. Самим-то норильчанам пока не до прогулок – у них в самом разгаре строительство дома, о котором на наших дачах тихо шушукаются.
Оба профессиональные строители, Виктор с Людмилой решили возвести здесь основательный дом, годный для проживания в любое время года. Местным дачам это несвойственно, поскольку народ тут отдыхает только летом, а зимой сюда и автобус-то не ходит. Но бывшие норильчане, видимо, привыкли возводить все основательно – как на вечной мерзлоте. У них и дом смахивает на бастион не только размерами, но и мощными железными ставнями на окнах, наглухо изолирующими дом в отсутствие хозяев. Ко всему прочему участок северян находится с краю, у леса, поэтому с той стороны имеются такие же основательные хозяйственные постройки. Пребывая в своем лирическом старорусском настроении, папенька называет их каретным двором и конюшнями.
Но притчей во языцех у местных стало появление у норильчан «собственной воды». Мы не сразу-то и поняли, о чем идет речь, когда вечером за игрой в карты некоторые игральщики стали обсуждать установку на даче у соседей цивильного унитаза. Вода сюда подавалась централизованно и строго по расписанию – из реки и артезианской скважины. Ее набирали каждый в собственную бочку и пользовались по мере необходимости. Поэтому монтировать на даче полноценную систему тепловодоснабжения с канализацией и унитазом никому и в голову не приходило.
Но наших земляков такой расклад явно не устраивал, и они со свойственной северянам предусмотрительностью пробурили себе собственную скважину. Бог с ней, со скважиной, но метр бурения здесь стоит тысячу рублей, а вода под норильчанами оказалась на глубине более 30 метров. Местные садоводы были шокированы: по их словам, за 30 тысяч они согласны бегать до ветра в деревянный сортир, чем иметь давление в трубе для унитаза.
Так что не зря меня папа все за руку хватает, когда я пытаюсь у нас в туалете выяснить, отзовется мне из темноты деревянного дупла кто-нибудь или нет!
 
Репортер – это не профессия
Папа все-таки прав: нельзя так долго жить на Севере без отпуска. Посмотрел бы он на себя: со своей работой он даже во сне ищет рукой фотоаппарат, как комиссар маузер. На его профессиональные розыгрыши уже не раз попадалась и мама, и дед, и даже бабуля, которая сама, будучи в прошлом журналистом, настолько отошла от этой среды на своих плантациях, что с трудом распознает папашкины шуточки.
Я вчера за домом обнаружила дивных размеров одуванчик – большой такой, размером с хорошее яблоко. Мама поинтересовалась, откуда здесь такие одуванчики, ну и папочку понесло. Стал городить, что бывшие хозяева дачи – военные в отставке, на заслуженный отдых отправились с Северного флота вместе с кулечком радиоактивного топлива с подлодки. Кулечек-то и хранился в обнаруженном нами подвале. Оттого и одуванчики немыслимых размеров, и неизвестно, что или кто у нас на огороде обнаружится в ближайшие ночи. Может, и Муська не спасет… Даже дед с бабкой уши развесили, а папашу моего несет все дальше и больше. Не знаю, до чего бы он договорился, если бы мама этот словесный п…с не остановила.
В общем, с папеньки и в этом отношении никак не сходит мутация Крайнего Севера. Ему все мерещится, что он на работе. Хотя сейчас уже стал понемногу оттаивать, вон уже и в сортир не частит. Вот еще жирку нагуляет за лето, а когда явится на работу, небось, наоборот, «тормозить» будет на каждом шагу. Значит, отдохнул!
 
Милкины мысли телепатически принимал
Денис Кожевников
Это я и мой папа
Я купаюсь
Я и мутант
Мечтаю об унитазе
А папка мечтает где-то рядом или по грядкам опять ползает
0
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск