Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
Экстрим по душе Далее
Бесконечная красота Поморья Далее
В четвертом поколении Далее
С мечом в руках Далее
Лента новостей
15:00 Любители косплея провели фестиваль GeekOn в Норильске
14:10 Региональный оператор не может вывезти мусор из поселков Таймыра
14:05 На предприятиях Заполярного филиала «Норникеля» зажигают елки
13:25 В Публичной библиотеке начали монтировать выставку «Книга Севера»
13:05 В 2020 году на Таймыре планируется рост налоговых и неналоговых доходов
Все новости
И скажу Поднебесной: «Нинь хао!»
Из дальних странствий возвратясь
14 августа 2009 года, 14:03
Текст: Татьяна ШАЙБУЛАТОВА
Сколько раз знакомые «челночницы» рассказывали мне о прелестях Китая. А тут еще Сергей Карцев – президент клуба авторской песни – все уши прожужжал о том, как здорово в этой стране. Как там красиво и какие вкусные плоды манго. Меня грызла зависть, и я, презрев устойчивую тягу к европейскому отдыху, решила этим летом рвануть в Поднебесную.
Дорога в Поднебесную неблизкая: самолетом до Красноярска (восемь часов в затуманенном аэропорту в компании Валерия Кравца и супругов Стрючковых), 36 часов на поезде до Читы, экстренное оформление путевки и визы в Маньчжурию за полдня. Не менее экстренный выезд из Читы на грузовом «соболе», русская таможня (не приведи господь еще раз), китайская таможня – и вот он! Китай!
Вернее Маньчжурия – провинция, называющаяся внутренней Монголией. Что это обозначает, я так и не поняла. Но все, кого спрашивала, с умным видом говорили: «Маньчжурия? Так это же внутренняя Монголия». Кстати, именно в Маньчжурии я приобрела путевку на 15 дней и после четырехдневного пребывания во внутренней Монголии отбыла в центральную часть КНР.
Китай, здравствуй. «Нинь хао!» – ответил китайский таможенник, изучая мой паспорт, изрядно заштампованный и пестрящий шенгенскими вклейками, без улыбки и очень серьезно отдал мне честь. Я прониклась к себе глубоким уважением и отправилась вперед, изучать нравы Поднебесной.
 
Китайская грамота
«В Китае, как вы знаете, все жители – китайцы», – написал в сказке «Соловей» замечательный детский сказочник Андерсен. И ведь не ошибся. Хотя сегодня в Китае живут и корейцы, и даже русские, из числа сбежавших когда-то из России бойцов отряда Семенова. Этнический состав сегодняшней КНР – это более пятидесяти народностей и наций, в числе которых чжуаны, уйгуры, хуэй, ицзу, тибетцы, мяо, маньчжуры, монголы, буи… Китай длительное время удерживает первое место в мире по численности населения – 1 миллиард 261 миллион человек.
В силу специфичности китайского языка, в особенности фонетики, следует отметить, что система транскрипции в ряде случаев не передает полностью истинного китайского произношения. Я, например, узнав, что «спасибо» по-китайски – «се-се», стала демонстрировать свое дружелюбие и вежливость и твердить постоянно в ответ на оказанные услуги это самое «се-се». Недоумение на лицах моих собеседников сменялось постепенно на понимающие улыбки. И они меня поправляли: не «се-се», а «се-се». Я не сразу поняла, в чем разница, но об этом позже.
Фонетика китайского языка очень сложна и многообразна и всегда выполняет смыслоразличительную функцию в зависимости от интонации говорящего. Смысл слова может коренным образом изменяться. А некоторые слоги могут произноситься вообще без ударения (!). В китайской письменности для обозначения интонации над каждым слогом (за исключением безударных) ставятся обозначения – черточки, что-то вроде нашего обозначения ударения, но у китайцев их три: вертикальная, наклонная, и горизонтальная. В зависимости от того какая черточка стоит над слогом, слово произносится ровно-плавно, снизу вверх с плавным повышением тона или с понижением, а затем с плавным повышением или быстро, резко, коротко с понижением интонации...
В общем, китайская грамота. Не пугайтесь, я не стану утомлять вас сложностями написания иероглифов. Скажу только, что есть в них что-то завораживающее, таинственное, вызывающее уважение. А что касается пресловутого «спасибо», уточню: оказывается, я произносила его на французский манер «се-Е-се-Е», а надо по-китайски правильно – «сЕ-сЕ». С ударением на первое «е». И ничего сложного.
В этой огромной стране на юге и севере настолько разные диалекты, что жители противоположных географических поселений тоже не понимают друг друга.
 
Чтобы жизнь как море!
Свадьбы в Поднебесной справляются каждый день. Захотели влюбленные расписаться – нет препятствий молодежи! Расписались – и бегом к морю, чтобы жизнь удачной и богатой была, и  любовь чтобы была большая, как море.
Слишком мало времени, согласно путевке, провела я в Китае и увидела, конечно, относительно европеизированный быт. В сельской глубинке коренное население обитает в мазанках с земляными полами. В домиках очень мало вещей. Китайцы – минималисты. Топчан, печурка... В городах все по-другому.
Отдыхала я в сравнительно новом курортном месте недалеко от Байдахе. Место это носит не менее певучее название – Наньдайхе. В отличие от малочисленных русских туристов, которые привычно занимались скупкой образцов китайской галантереи и одежды, я бродила по окрестностям с фотоаппаратом. Меня почему-то принимали за американку.
Отель в Наньдайхе стоит 50 юаней в сутки, это около 250 рублей. Ежедневно постояльцам выдавали разовые зубные щетки, расчески, гель для душа и шампунь. Меня пугали, что белье и полотенца не меняют: оказалось, каждый день дают новые. Кроме того, в номере стоит чайник или мини-кулер,  две чашечки и заварка.
В гостиницах предупреждают, чтобы белье не пачкали. Если вы нечаянно посадите фруктовое пятно на простынь — придется платить.
Мне понравилась и страна, и ее жители. Непосредственные и восторженные люди. Радующиеся, как дети, любому празднику или поводу. Любящие детей, собак и море. Труженики, каких поискать. Ложатся спать рано, в восемь вечера, зато в четыре (с рассветом) уже на ногах, и сразу работать, работать... Для китайца лечь в 22.00 – это очень поздно.
Чисто везде. Правда, понятие о чистоте у китайцев своеобразное. Так, в поездах не меняют постельного белья с момента формирования состава до момента возвращения его в депо.
 
Ну а живопись потом
Образование в Китае платное, но не настолько дорогое, чтобы быть недоступным. Приоритетные направления в выборе профессий – международные отношения, торговля, финансы. Научная медицина не популярна, народная, нетрадиционная, пользуется неоспоримым авторитетом на протяжении многих тысячелетий.
Китайские студенты, как и все студенты мира, веселы, внешне беспечны. Не упускают возможности попрактиковаться в языке. Охотно вступают в беседу. Не стесняются вслух учить задания, например стоя у моря. Вот что интересно, произношение у тех, кто владеет русским языком, на удивление правильное, чистое, я бы сказала хрестоматийное.
В стране, во всяком случае в центральной части, практически не развиваются литература и живопись. Скульптура – на уровне архитектурных украшательств. Государство не вкладывается в культуру. Есть другие точки приложения средств – образование и строительство например. Строят быстро. Дома в крупных городах все разные. Два-три похожих – не больше.
Китайцы сами любят европейские развлечения и туристам предлагают: сафари – аналог наших зоопарков, аквапарки.
 
Кто рано встает
В первое утро пребывания в курортной зоне я по обыкновению помчалась к морю, дабы насладиться одиночеством и приобщением к величественной морской стихии.
На берегу стояли толпы китайцев. Они трогали воду, фотографировались на фоне моря, кричали ему что-то, собирали ракушки... Такая рань: четыре часа! Я опешила. Признаюсь, мне потребовалось время, чтобы освоиться, сбросить платье и войти в воду. И сразу стать объектом всеобщего внимания: меня фотографировали, снимали на камеры...
И так каждое утро. Сначала в нашем отеле жили участники какого-то съезда, потом члены профсоюзов, потом ветераны труда...
Порой на берег выбрасывало мусор, как правило, бытовой, его очень быстро собирали и уносили. Я даже не успевала поймать момент, когда это происходило.
Во время отлива на берег приходили местные жители и собирали моллюсков в ведерки. Говорят же про китайцев: едят все что движется.
 
Все красное и золотое
Вода в Желтом море действительно желтоватого цвета. Я спрашивала и туристов, и китайцев, почему Желтое море так называется? Отвечали по-разному.
– Желтое море – потому что много песка.
– Потому что присутствует какой-то красящий пигмент...
Гид уточнил, что «их» море вообще разделяется на Южное, Восточное и Желтое... Желтое? (С возмущением.) Не Желтое! Золотое!!!
Показывая на строящуюся высотку, гид сказал, что на днях было обрушение трех верхних этажей. Обошлось почти без жертв. Только одного человека током убило.
Львы у входа в здание – символы богатства, которые еще и охраняют жилище. В пасти  каждого льва обязательно каменный шарик, который нельзя достать, но можно толкнуть, и тогда шарик будет кататься в каменной пасти с рокотом, напоминающим приглушенное рычание царя зверей.
Кстати, знаменитый китайский дракон охраняет страну от... (здесь наш гид замялся, подбирая, видимо, аналог китайского определения в русском языке) черт (от черта). У дракона есть жена, похожая на... павлина, с большим и красивым хвостом.
На всех изображениях животные у китайцев парные, и у каждой пары обязательно наличествуют детали отличительных половых признаков.
Традиционные цвета национальной одежды – красный и золотой. Сами китайцы улыбчивые, вежливые, услужливые. Очень уважают старших.  Даже если человек чуть-чуть старше, молодежь будет стоять в его присутствии. Второго ребенка в стране, как известно, иметь запрещено. В принципе. Родили одного – радуйтесь.
Очень заботятся о здоровье. Едят много, но тучных людей встретишь редко. Зубы чистят не менее пяти минут. Обязательно делают зарядку. Прямо на берегу моря группы местных жителей выполняли плавные упражнения, медленно, синхронно и очень красиво.
Кругом зонтики, веера. Много пар. Молодые, пожилые. Прогуливаются вдоль берега. Очень романтично.
 
Это остро, очень остро
Я влюбилась в китайскую кухню. Готовят быстро и вкусно, подают много. Качественно остро. И дешево.
Питание в центрах, где много туристов, европеизированное. В кварталах, где путешественники редкие гости, пища достаточно однообразна. Рис, маис, остро-соленые салаты с пряным вкусом. Хлеба нет. Только сладкие булочки или хлебная нарезка со вкусом кекса. На улицах продают еду на палочках: мясо, рыбу, сладости, сладкие лепешки из арахиса.
Национальные блюда – салаты – очень острые и соленые, что, вероятно, обусловлено климатическими особенностями (очень влажно и жарко), туристам не предлагают. Для меня их приносили специально. И когда я заказывала «что-нибудь китайское», меня переспрашивали: «Готовить как для китайцев?» «Да!» – говорила я. Повара меня очень любили, даже приходили на меня посмотреть.
Такси, заказанное по телефону, оплачивается по счетчику. Но если поймаете машину на улице, могут заломить двойную цену. И вообще живут и торгуют по принципу «Не обманул – день прошел зря». Цены на рынке очень гибкие. Торговцы ориентируются на обстановку: мало туристов – цены падают. Много – взлетают вверх.  Машины и мотоциклы бесшумные, но постоянно сигналят. Много велосипедов и рикш.
Великолепные дороги. Как сказал один таксист, в Китае дороги плохие: едешь и засыпаешь. В России хорошие – и захочешь, не заснешь.
Еще о транспорте. В вагонах поездов по три полки. Самая верхняя где-то под потолком. Сами полки длиннее, но из-за этого уже проход, в котором откидные стульчики и столики. Там сидят обитатели верхних полок. С собой в поезд китайцы берут еду: лапшу в пол-литровых стаканах, кажущихся огромными после наших роллтоновских, колбасу в термоупаковке. И в течение трапезы один человек съедает батон колбасы с огромной порцией лапши. И еще они прикупают еду в поезде.
 
Походная кухня и «ровные» тапочки
О продаже еды в поездах – отдельно. Каждые пять-десять минут по вагону одна за другой проезжали три тележки. Первая и вторая наполнены фруктами, мороженым, шоколадками, чипсами, пивом (по-китайски «пидзю») и прочими соблазнами. А третья тележка представляла собой что-то вроде походной кухни. Из ее недр любой желающий мог получить порцию риса, яйцо, салат, тушеные овощи и, конечно, палочки. Причем появление этой процессии сопровождалось громкими воплями... По-русски это звучало бы так: «Пи-и-ро-ож-ки-и горячие, пи-и-иц-ца, шо-о-ко-ла-а-а-д, ли-и-мо-н-а-ад...»
Работал кондиционер. Было прохладно и неутомительно.
За окном проплывали рисовые и кукурузные поля. Заводы. Производственные корпуса и небольшие деревни с квадратными домами. Приземистыми и убогими...
Постоянно ходил, собирая у пассажиров мусор, проводник. И если видел бумажку на полу вагона, тут же приходил с веником и совочком.
Он же в восемь вечера прошел по вагону, задернул все занавески, тщательно расправляя складочки. В 20.30 погасил в вагоне свет, оставив лишь дежурное освещение. Проводник прошелся и аккуратно расставил в ряд всю обувь пассажиров, носочек к носочку. Подмел пол.
Мне не спалось. Пошла покурить в тамбуре. Вернулась, поставила шлепанцы носочек к носочку. Через полминуты прибежал проводник, убедился, что обувь стоит ровно, и  успокоенный ушел.
На поезде я возвращалась в Маньчжурию. А оттуда на автобусе в Россию. Миновав русскую таможню, выехали за пределы погранзоны. Водитель открыл дверь и выбросил на обочину бутылку. Забайкальск после Китая выглядел скучно, вымученно и убого.
Мне захотелось вернуться. Я ведь не увидела и малой толики из того, что можно посмотреть в Китае. Надеюсь, мне еще предстоит увидеть Великую китайскую стену и терракотовых воинов, побывать в монастырях... Вот приеду и скажу: «Нинь хао». Здравствуй, Китай!
“Золотое” море подарит молодым счастье
На улицах Маньчжурии
Уличный музыкант играет “Катюшу”
Велорикши
0
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск