Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
Гуд кёрлинг! Далее
Бесконечная красота Поморья Далее
С мечом в руках Далее
В четвертом поколении Далее
Лента новостей
15:00 Любители косплея провели фестиваль GeekOn в Норильске
14:10 Региональный оператор не может вывезти мусор из поселков Таймыра
14:05 На предприятиях Заполярного филиала «Норникеля» зажигают елки
13:25 В Публичной библиотеке начали монтировать выставку «Книга Севера»
13:05 В 2020 году на Таймыре планируется рост налоговых и неналоговых доходов
Все новости
Дорога на Север
26 февраля 2010 года, 15:50
Текст: Сергей МОГЛОВЕЦ
Мало их осталось, ветеранов, знающих историю Норильска не понаслышке. Почти 65 лет прожил в нашем городе Владимир Алексеевич КНЯЗЬКИН. 43 из них проработал на БОФе.
Среди ветеранов Норильска нет людей с простой долей. Но для многих из тех, кто попадал сюда не по своей воле, город становился судьбой. И они отдавали ему себя целиком.
 
И его лепта
Родился Владимир Князькин в мордовской деревеньке в многодетной семье. Володя был старшим, а всего детей было пятеро. Когда младшая сестра умерла, не дожив и до года, родители взяли на воспитание еще двоих беспризорных мальчишек. За несколько лет до Великой Отечественной семья переехала в Омск. А вскоре отца забрали на финский фронт. Вернулся он домой только после Победы в 1945 году, инвалидом. Но с сыном ему встретиться так и не довелось.
Пока отец воевал на фронтах, Володя окончил в Омске ремесленное училище, выучившись на слесаря широкого профиля. Работал на авиазаводе кузнецом механической установки. Легко ли это в пятнадцать лет? Часто и спать приходилось на заводе на куче угля. Однажды уснул за работой. Молот тяжело ударил по клещам, и они улетели в сторону. В другую полетела раскаленная деталь.
– Отчитали меня по первое число. Судом пригрозили. А я не выспавшийся, голодный, руку отсушило ударом, – вспоминает Князькин. – Да ведь еще и пацан пацаном. Не вышел на следующий день на работу. А потом побоялся идти, да так и прогулял пять дней.
Судили его военным трибуналом и дали пять лет. По одному году за каждый день прогула. Сидел тут же, в Омске. Впрочем, что такое сидел?
– В лагерях тогда тоже на Победу работали. По пятнадцать часов в день. В нашем были организованы детские бригады. А потом мне выпала дорога на Север.
Из Омска везли этапом до Красноярска. А через несколько месяцев по Енисею на пароходе «Мария Ульянова» доставили в Норильск.
– Дореволюционного образца  пароход, – вспоминает Владимир Алексеевич, – с лопастными колесами по оба борта. Удобств, конечно, никаких. Было нас там как килек в банке.
В Дудинке паренек пытался бежать. Упал с трапа в воду и поднырнул под корму – «может, не заметят или подумают, что утоп». Но не тут-то было. Князькина выловили из Енисея и изрядно намяли бока, чтобы впредь не шалил. Заодно добавили и срок.
Этап заключенных привезли на Нулевой пикет по узкоколейке, а работать Князькина определили в РОР – рудник открытых работ. Копали минные колодцы для аммоналовых шашек. Инструмент – кайло, отбойный молоток и лопата. Добывал руду, а значит, в броне танков Т-34 была и его лепта.
– Лагерь – он нигде не сахар, – считает Владимир Алексеевич, – но в Норильске заключенные неплохо жили. Беспредела не было, кормили сносно, бараки теплые. Ну чтобы ноги раньше времени не протянули. Знай только работай.
 
Уметь жизнь ценить
В 1952 году Князькин освободился. Мыслей покидать Норильск не было. Рабочие руки в те времена были здесь очень нужны. Пошел в геологию полевым рабочим. И в тот же сезон его перевели в тундру на буровые станки. За время работы в геологии доводилось видеть и знаменитого геолога Сапрыкина, и даже самого Урванцева. Но недолго Князькин задержался в геологии.
– В городе было более удовлетворительное житье, чем в поле. В 1952 году Норильск уже ого-го какой город был! А у меня имелся интерес и образование получить, и профессию поосновательней. Надо сказать, что к бывшим заключенным не было тогда предубеждения. Тогда и маршалы с генеральными конструкторами нередко были бывшими лагерниками.
В 1954 году Князькин перешел работать на БОФ машинистом измельчительно-флотационной мельницы. И проработал на Большой обогатительной 43 года.
– Интересная была жизнь, интересные времена, – вспоминает Владимир Алексеевич. – Я командиром рабочей дружины был. Мы стиляг ловили и стригли. Это сейчас играют во вседозволенность, а человек должен быть к порядку приучен и людей вокруг себя уважать.
Интересы у молодого рабочего были самые разнообразные. Закончил одиннадцать классов вечерней школы. Обзавелся семьей и детьми. Пропадал вечерами в ДОСААФ, рыбачил, охотился. Одних изб в тундре построил пять  – и на Пясино, и на Вальке, и на Талой.
– Я на своем «Прогрессе» под двумя «Вихрями» хорошо по воде ходил, с ветерком. Имел и машину – «Москвич-412». Кто в детстве и юности лиха хлебнул, умеет ценить жизнь.
 
Живая энциклопедия Норильска
Звание «Ветеран труда СССР» Князькин получил в 1981 году. А спустя пятнадцать лет стал и «Ветераном труда России». Никогда не гнушался общественной работы – входил в жилищно-бытовую комиссию Таймырского окружного профсоюза, был общественным санитарным инспектором.
В свои 83 года Владимир Алексеевич подтянут, неизменно аккуратен, сам готовит, а в однокомнатной квартире на улице Хантайской, где живет один, поддерживает идеальный порядок. Тут, правда, руководство ПООФ помогло своему ветерану, сделав ему за счет предприятия хороший ремонт. До сих пор играет в бильярд, ходит в баню и, если здоровье позволяет, не считает за грех выпить стопку. Люди тянутся к ветерану, не утратившему стойкости и оптимизма, умеющему хорошо пошутить. Нередко в его дом приходят друзья – сорокалетние, пятидесятилетние. Молод духом ветеран.
Несколько месяцев в году Князькин проводит в Комплексном центре социального обслуживания в Талнахе. Сбрасывает на время с себя домашние заботы.
– Здесь и здоровье можно поправить, и пожить «курортником», – говорит он. – Персонал внимательный, питание хорошее. Но жить там постоянно я бы не смог. Привык к самостоятельности.
Несколько лет назад в реабилитационный центр приходил корреспондент газеты «Нью-Йорк Таймс». Большой неожиданностью стала для него встреча с человеком, знающим историю Норильска не с чужих слов, а из собственного опыта.
– Говорят, и статья вышла обо мне в Америке. Ну, не целиком обо мне, но несколько слов сказали, – уточняет Князькин.
Князькина многие считают «живой энциклопедией». К нему и сотрудники Музея истории освоения и развития Норильского промрайона наведываются нередко. Просят делиться воспоминаниями. Книгу о своей жизни написать не хватит уже у Князькина сил. Хотя и был он осужден военным трибуналом в годы войны, а жизнь свою прожил честно. И на Победу работал не меньше, чем многие вольные юноши тех лет. Просто, такая у нас была страна. Где сегодня ты герой, а завтра – зек.
Почти все они, ветераны, пережившие военное лихолетье, работали на Победу. Кто-то – на фронте с оружием в руках или санитарной сумкой на плече. Кто-то – трудясь на износ в тылу на оборонных заводах или добывая металл и валя лес в лагерях. Часто, очень часто без вины виноватые. Они выстояли в эти тяжелые времена. И мы живем благодаря им.
Многое из истории Норильска помнит Владимир Князькин
0

Читайте также в этом номере:

Жилищный детектив (Денис КОЖЕВНИКОВ, Ален БУРНАШЕВ)
Любимый город (Валентина ВАЧАЕВА)
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск