В проекте “Простые истории”, который стартовал к 80-летию “Норильского никеля”, о времени и о себе рассказывают норильчане, оставившие заметный след  в биографии города и комбината. Для “Авторадио” и “Европы Плюс” проект озвучили заслуженные артисты России Нина Валенская, Лариса Потехина, Сергей Игольников, Сергей Ребрий и артист Андрей Ксенюк. “ЗВ” предлагает своим читателям расширенные версии аудиоисторий как продолжение юбилейного “Хронографа”.

Витольд НЕПОКОЙЧИЦКИЙ, главный архитектор проекта города, впервые разработанного им еще в 1940-м в качестве составной части технического проекта Норильска. В 1974 году уже в Сясьстрое Непокойчицкий написал воспоминания о норильском периоде (с 1939-го по 1973-й) своей жизни. Одна из глав посвящена истории создания скульптуры на озере Долгом. –  В начале войны в один из погожих теплых дней я решил проверить качество отделочных работ на строящемся по моему проекту восьмиквартирном жилом доме  на Октябрьском шоссе, против автобазы. Здесь случайно встретился с Николаем Ильичом Костиным, которого знал как симпатичного человека и многоопытного строителя. Он пригласил меня посмотреть на творение молодого скульптора. Мы вошли в просторное, совершенно пустое помещение, в центре которого возвышалась вылепленная из глины стройная фигура девушки, а рядом с ней на небольшой стремянке спокойно восседал Моисей Зайцев, которого я за похожесть на героя русской народной сказки прозвал “братцем Иванушкой”. Эта встреча была для меня большой неожиданностью и, откровенно говоря, очень порадовала тем, что старый знакомый пребывает в полном здравии и относительном благополучии. Увидев меня, “Иванушка” мгновенно спрыгнул: – Витольд Станиславович! Витольд Станиславович! Вот хорошо-то, что вы пришли! Ну как моя работа? Нравится? Если нет, скажите прямо. Прежде чем высказать свое мнение о скульптуре, я обошел ее кругом. Конечно, Моисею было далеко до Родена, и его творение показалось мне довольно ординарным, хотя и не лишенным некоторых достоинств. Отдавая должное горению, с которым Моисей предавался своему любимому делу, и щадя его самолюбие, я сказал, что работа мне нравится. Дав Моисею кое-какие деловые советы, я поинтересовался, что именно он хотел выразить в своей работе. Мне хотелось узнать, было ли известно Моисею, что не так давно вблизи озера Долгого трагически погибла одна из комсомолок Норильска, имени которой я не помнил. И не этой ли девушке задумал сделать памятник Моисей. –  Разве не видно, что это комсомолка, с оружием в руках защищающая Родину? –  удивился Моисей. –  Витольд Станиславович, а что, если я поставлю эту девушку на одном из холмов около ваших коттеджей? Фундамент сам сделаю и постамент сложу. Как-то, уже в конце лета, брел я вдоль берега озера Долгого, возвращаясь с воскресной рыбалки, и еще издалека обратил внимание на каменщика, ведущего блочную кладку на вершине невысокого холма. “Да это же Моисей сооружает постамент для своей комсомолки”, – догадался я. Это была наша последняя встреча. Когда я после недолгого пребывания в армии вернулся домой, Моисея уже не было в Норильске, а в память о нем осталась одинокая девушка на пустынном холме…   Рубрику ведет Валентина ВАЧАЕВА

А “Комсомолку” работы Моисея Зайцева город не сохранил