Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
Бесконечная красота Поморья Далее
Экстрим по душе Далее
«Легендарный» матч Далее
С мечом в руках Далее
Лента новостей
15:00 Любители косплея провели фестиваль GeekOn в Норильске
14:10 Региональный оператор не может вывезти мусор из поселков Таймыра
14:05 На предприятиях Заполярного филиала «Норникеля» зажигают елки
13:25 В Публичной библиотеке начали монтировать выставку «Книга Севера»
13:05 В 2020 году на Таймыре планируется рост налоговых и неналоговых доходов
Все новости
Региональный компонент
Когда желания не совпадают с возможностями
19 августа 2008 года, 10:43
Текст: Лариса ФЕДИШИНА
Несколько лет назад моя приятельница категорично заявляла: «В Питер ни за что не перееду. Не буду я жить в этом старушечьем городе». Ее прельщала перспектива поселиться в столице, где полно работы, зарплата не чета норильской и вообще жизнь кипит.
Зарабатывает моя приятельница очень неплохо, но на московскую квартиру денег все равно не хватило, так что семья вступила в долевое строительство в Санкт-Петербурге. Пока дом строился, старшая дочь стала студенткой университета, а «старушечий город» в сознании моей приятельницы превратился в весьма привлекательное место для умной перспективной дамы средних лет. Двухкомнатная квартира, кажется, на Пионерском проспекте, уже перепланирована, отремонтирована, обставлена кое-какой мебелью, присмотрена приличная школа для младшего ребенка, есть перспектива найти вполне подходящую работу. Казалось бы, можно перебираться. Но, вернувшись нынче из отпуска, семейство моих друзей решило: кто, собственно, нас гонит в эти пробки, к этим сумасшедшим расстояниям, в толчею и дороговизну? Не лучше ли поработать в Норильске еще лет пять-десять, а уж в Питер уехать на покой? Вот и дочь говорит, что ей в Петербурге уже тесно, в Москву хочется, так сказать, на простор.
Моей дочери тоже хочется. Два года назад она поступила в Воронежский университет и все два года стонет: «Какая у меня в Воронеже перспектива, в этом ужасном убогом городе?!» И вообще, все друзья у нее в Питере, а там – театры, книжные магазины, клубы.
Сидит моя студентка целыми днями в Интернете, переписывается с бывшими одноклассниками, поселившимися на брегах Невы, время от времени они наезжают друг к другу в гости. И после очередной такой встречи моя дочь решительно собирается покинуть «ужасный убогий» миллионный Воронеж и перебраться в густонаселенный Санкт-Петербург. Где она согласна учиться чуть ли не на любом гуманитарном факультете, жить в общежитии и питаться одними пельменями из пакета, чтобы не обременять меня лишними тратами.
Наши бесконечные споры на тему «дело не в географии, а в психологии» заканчиваются, по сути, ничем. Каждая остается при своем мнении. И если бы в нашей семье не я была «распорядителем кредитов» и в конце концов решительно не предложила дочери самостоятельно обеспечивать свое обучение и проживание в Северной столице, моя девочка уже радовалась бы жизни в большом культурном центре.
Внутренний голос иногда говорит, что я убиваю мечту своего ребенка. Но здравый смысл, учитывающий мою убежденность в том, что в большой культурный центр лучше переезжать с дипломом в кармане и хоть с каким-то жизненным и профессиональным опытом, помогает держать завоеванные позиции. Пока у нас ничья. Потому что дочь вынуждена была сборы отложить, но затаилась. По всей квартире у нас разложены книги по философии с ее пометками, она все лето читала в оригинале произведения английских писателей, совершенно игнорировала учебник по теории и практике массовых коммуникаций и, кажется, намеревалась сделать мне очередной сюрприз.
Но и я не лыком шита, подготовилась и выкатила своей мечтательнице историю одной нашей общей знакомой, которая нынешним летом, сдав сессию в Норильске, укатила с друзьями в Санкт-Петербург и оттуда сообщила родителям, что решила остаться. А поскольку серьезной материальной поддержки от своей небогатой семьи девушке ждать не приходится, она устроилась в казино ученицей крупье. Говорит, что зарплата десять тысяч. На которую надо прожить и заплатить за комнату. Учеба пока по боку. До лучших времен. Театры, клубы, поездки с друзьями на отдых тоже. Моя дочь информацию к сведению приняла. Клятвенно пообещала продолжить учебу в университете.
За всеми этими перипетиями философски наблюдал мой сын-восьмиклассник. Он Питер не любит, сыну Москва нравится. А еще больше Берлин, где мальчик не прочь получить университетское образование. Благо там оно пока бесплатное. Если, конечно, ректорат Берлинского университета, рассмотрев представленные документы соискателя, захочет именно его видеть в числе студентов.
Серьезный разговор с сыном на тему, как много нужно знать и… иметь, чтобы учиться в немецкой столице, закончился серьезными же обещаниями прилежно учиться. И поисками «Царь-рыбы». Полагаю, прочитать роман Астафьева ученикам задали в рамках введенного два года назад в школьную программу регионального компонента. До сих пор я была уверена, что «Царь-рыба» – чтение не для восьмиклассников. Но региональный компонент – штука серьезная. И требует прочных знаний. Например, о заповедниках, о животных и растениях, занесенных в Красную книгу Красноярья. А еще «уметь прогнозировать эффекты хозяйственной деятельности человека на природу и жителей Красноярского края и определять пути восстановления экологического баланса на территории». В Европе, конечно, совсем другой «региональный компонент». Да и образование европейское – мечта. Но я твердо решила не убивать ее в зародыше и принесла сыну «Царь-рыбу».
 

0

Читайте также в этом номере:

Равнодушных не было (Марина БУШУЕВА)
«Сибирью» по Сибири (Денис КОЖЕВНИКОВ)
Эта работа для нас (Татьяна ЕРМОЛАЕВА)
Автоледи покинула строй (Александр СЕМЧЕНКОВ)
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск