Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
В четвертом поколении Далее
Гуд кёрлинг! Далее
С мечом в руках Далее
«Легендарный» матч Далее
Лента новостей
15:00 Любители косплея провели фестиваль GeekOn в Норильске
14:10 Региональный оператор не может вывезти мусор из поселков Таймыра
14:05 На предприятиях Заполярного филиала «Норникеля» зажигают елки
13:25 В Публичной библиотеке начали монтировать выставку «Книга Севера»
13:05 В 2020 году на Таймыре планируется рост налоговых и неналоговых доходов
Все новости
Разноликий Непал
Из дальних странствий возвратясь
22 мая 2009 года, 15:00
Фото: Ирина КОЗЛОВА
Текст: Ирина КОЗЛОВА
До путешествия в Непал мы с дочерью знали об этой стране лишь то, что можно почерпнуть из любого географического пособия: что расположен он между Китаем и Индией и собрал восемь из четырнадцати высочайших пиков мира, включая Эверест. Что правит здесь конституционная монархия. И что это одно из беднейших государств мира в настоящее время находится в состоянии затяжного политического и экономического кризиса.
Ввиду того что война между королевскими войсками и повстанцами – членами маоистской партии  продолжалась около 12 лет, напутствия друзей и родственников перед турпоездкой напоминали проводы в горячую точку. Что, впрочем, оказалось недалеко от истины.
Вскоре выяснилось, что желающих попасть в Непал можно разделить на четыре категории. К первой логично отнести увлеченных восточной философией. Альпинистов здесь тоже множество: для них главное – восхождение на вершину, остальное – приятное приложение. Путешественники, стремящиеся увидеть достопримечательности, полюбоваться местным колоритом, а также побродить по магазинам, уезжают отсюда не разочарованными. Ну а для трекеров, то есть любителей пеших походов по тропам в горах, здесь вообще открывается масса неисчерпанных возможностей.
 
Благодатное место
Мы с 19-летней дочерью Катей представляли, скорее, смешанный тип «трекер-путешественник». Нас интересовали как горы, так и культура народностей Непала с населением более 20 миллионов, состоящим из двух этнических групп – тибетской и непальской.
Следует учесть, что трекинговые маршруты в основном проложены в зоне национальных парков, и на перемещение нужно специальное разрешение. Тропы здесь то широкие, то узенькие. Иногда гладкие и достаточно утрамбованные, но чаще каменистые. Основные участки идут либо все время вверх, зигзагами, либо вниз. Ровных практически нет. Расстояния измеряются не в километрах, а в часах или днях ходьбы, в расчете на среднеподготовленного человека с небольшим грузом.
Самые известные трекинговые маршруты пересекают районы Лангтан, массива Аннапурны и Эвереста. Со стороны Тибета эту гору называют Джомолунгма (Божественная мать Земли), со стороны Непала – Сагарматха (Мать всех богов). Но в 1856 году белые покорители об этом не знали и назвали вершину в 8848 метров в честь начальника геодезической службы Джорджа Эвереста. Начиная с 20-х годов XX века, предпринято немало попыток покорить вершину. Но взобраться самостоятельно смогли единицы. Впервые Мать всех богов позволила это сделать в 1953 году. В 1982-м 11 советских альпинистов поднялись на Эверест по ранее не проходимому маршруту.
Для первого знакомства с Гималаями больше подходит район Аннапурны. Не случайно Всемирная туристическая организация включила его в число десяти самых живописных мест мира для пеших походов. Массив, состоящий из пяти вершин, можно обойти практически по кругу. Высота на треке различная – от 1500 до 5000 м и выше. Основные пешеходные тропы ведут к альпинистским базовым лагерям.
Мы выбрали трек по территории королевства Мустанг. Маршрут Джомсом – Муктинат – Джомсом включал подъем на перевал Торунг Ла (5416 м). Любой трек требует определенной подготовки – теоретической, практической и физической. Для нас с Катей это был второй трек в жизни, после небольшого перехода в Андах (Кордильерах), в Перу.
 
Москва – Доха – Катманду
Прямых перелетов от Москвы до столицы Непала – Катманду – нет. Со стыковками можно добраться сюда с помощью «Аэрофлота» через Дели. Но мы выбрали Qatar Airways как наиболее оптимальный вариант: перелет из Домодедово до Катманду в этом случае занимает около 12 часов, включая остановку и пересадку в столице Катара. Это крошечное арабское государство с населением менее миллиона, вложив нефтедоллары в прибыльное дело, стало одной из ведущих авиадержав мира. Десятки современных самолетов выполняют рейсы в 145 городов планеты. Аэропорт Дохи постоянно расширяется. После Дохи туристы в основном отправляются на пляжный арабский отдых. Как правило, до Непала остаются скандинавы с огромными рюкзаками, тяжелыми бухтами альпинистских веревок, ледорубов и другим горно-трекинговым снаряжением и непальцы, выделяющиеся на фоне европейцев и арабов простотой одежды и смуглым цветом кожи. Уже через четыре с половиной часа наш А-320 кружил над долиной Катманду.
На выходе из аэропорта Трибуван установлены стойки паспортного и визового контроля для тех, у кого есть виза, и тех, у кого ее нет. Конечно, лучше позаботиться обо всем заблаговременно – в Москве, в непальском посольстве. Но и в аэропорту получение визы не доставляет особых хлопот. Подумаешь, очередь. Трое сотрудников последовательно оформляют бумаги. Туристы терпеливо ждут. В Непале вообще все делается небыстро. Терпению надо учиться сразу. Вернее, не терпению – иному ритму жизни. Заполненную мной в самолете анкету сонный непалец читал минут пять. Я даже занервничала.
 
Ненавязчивый сервис
Прилетающих встречает толпа желающих помочь. Если вы в состоянии, несите багаж сами – не придется выслушивать мольбы десятка человек дать им tip (чаевые). Причем купюры менее 100 рупий (что раз в пять больше реальных расценок) берут здесь очень неохотно.
Непальца невозможно послать куда подальше. Делать этого не стоит потому, что повышение голоса расценивается здесь как оскорбление. Уж лучше сделать вид, что не слышите обращения. Впрочем, это мало кому удается. Уже через пару дней у вас будет полно знакомых, при встрече с которыми будете улыбаться и говорить: «Намастэ», что означает «приветствую Бога в твоем лице». Непальцы очень религиозны. Здесь преобладает индуизм и буддизм. А читать и писать умеют меньше трети населения.
Необходимо учитывать, что в Непале нет привычного уклада жизни, и нужно настроиться на иное мировосприятие, чтобы лучше проникнуться местным колоритом. Поражает многое: номера машин – непонятные санскритские цифры, разница во времени с Европой в 1,45 часа (зимой – в 2,45), запахи – от мусорных до душистых ароматов специй и благовоний, дороги – заасфальтированные, но без тротуаров. Проезжая часть начинается сразу же от стены дома. Машины двигаются вперемежку с людьми, коровами и велорикшами.
Эпизоды из фильмов о гражданской войне с толпами мечущегося народа, мешочниками, переполненными поездами отдыхают перед тем, что происходит в местах проживания индусов. На улице они спят, едят, моются, стирают и общаются. Пройти через людское море бывает непросто. Нужно еще и зорко следить за вещами. Официально воровства в Непале нет, но по индуистской философии, если ты не бережешь вещь, значит, она не очень тебе нужна. Все логично, мудро и справедливо.
 
Рис – всему голова
В Непале принято спрашивать не что есть, а с чем. Основу большинства блюд составляет бат – рис и дал – мясной или овощной соус. Как у нас хлеб, здесь рис всему голова. К нему прилагается множество маленьких тарелочек с разноцветными овощами и фруктами – тушеными, вареными, солеными, маринованными, соусами, заправками и прочим. Очень вкусный молодой маринованный бамбук. А вместо хлеба подают сухие, хрустящие тонкие лепешки своеобразного солоноватого вкуса – чапати. Едят непальцы правой рукой. Иностранцам в виде исключения в ресторанах, правда, дают вилки и ложки. Важно иметь при себе дезинфицирующие салфетки, которыми удобно протирать как приборы, так и руки перед едой. Ее, кстати, лучше не покупать на уличных лотках, а овощи и фрукты обязательно мыть в горячей воде. И ни в коем случае не пить сырую воду. Нам понравился оригинальный вкус «масала ти» – тибетского чая, завариваемого в кипящем ячьем молоке с солью и специями. Он еще и мощный энергетик, а в горах это то, что доктор прописал.
Вообще-то вопросы о еде в подобном нашему туре не главные. Люди едят, чтобы выжить, а не чтобы получить удовольствие. Впрочем, еда здесь очень вкусная, разнообразная и острая. Что о ней говорить – ее нужно пробовать.
 
Храмы, пережившие века
Сваямбунатх, пожалуй, самый впечатляющий храмовый комплекс – один из символов города и страны. От подножия холма к вершине ведут 365 каменных ступеней, по числу дней в году. Архитектурный и духовный центр комплекса – огромная белая ступа. На вершине расположена золотая колонна, на ее гранях – полузакрытые «всевидящие глаза Будды». Башкирский ученый Эрнст Мулдашев, однако, уверен, что глаза принадлежат атлантам или лемурийцам, жившим на Земле несколько миллионов лет назад. Свои доводы он привел в книге «От кого мы произошли».
Еще одна знаменитая ступа – Боднатх – расположена на восточной окраине Катманду. Вокруг нее обосновались несколько буддистских монастырей, открытых для посещения туристами.
Главный индуистский храм Непала и один из наиболее почитаемых шиваистских – Пашупатинатх – вряд ли приобрел бы такую известность, если бы не ежедневные процедуры кремации, происходящие здесь под открытым небом. Недалеко отсюда – дом престарелых, построенный при участии матери Терезы.
Выше Пашупатинатха – парк со старыми деревьями и древними храмами, между которыми резвятся стаи обезьян. Пашупати – бог животных, и здесь они чувствуют себя вольготно. Когда одуревшие от жары, запаха дыма и пестроты людей мы присели отдохнуть под тенью старого вяза, местные предостерегли, что обезьяны могут бросить в нас камни.
 
Города и нравы
Когда-то Патан и Бхактапур были самостоятельными столицами непальских княжеств. Сейчас они слились с Катманду. «Город святых» Бхактапур, расположенный в 15 км к востоку от центра Катманду, несмотря на небольшие размеры, поражает уникальными храмами, площадями и другими шедеврами безымянных непальских зодчих. Движение автотранспорта в городе резко ограничено, что делает прогулки по нему необычайно приятными и свободными. Патан понравился нам в меньшей степени. Но здесь находится единственный в Непале зоопарк, где обитают самые разнообразные животные.
На такси можно через семь-восемь часов пути попасть во второй по величине город Непала Покхару, в переводе – озеро, что расположен на берегу живописного озера Фева. Здесь нет архитектурных и религиозных достопримечательностей. Но есть район, в котором останавливается большинство туристов, – Лейксайд. Отсюда начинается множество пешеходных маршрутов к горам Аннапурна, Мачапучаре, Даулагири, Нилгири и другим.
Из Катманду в Покхару по утрам отправляются и автобусы – «локал бас». Ездить в них, на наш взгляд, небезопасно. Дороги в некоторых местах узковаты. Автобус с трудом вписывается в повороты. Остается уповать на исправное рулевое управление.
 
Rum Doodle
Над открытой террасой знаменитого в Катманду бара – черное небо в звездах. У бара особая история. Потолок, стены, лестница – все в картонных отпечатках стоп Йети, снежного человека. На них автографы, надписи и рисунки – от разнообразных экспедиций и тех, кто здесь прошел, проехал, проплыл, куда-то взобрался. По этим «культурным слоям» можно проследить историю освоения непальских земель честолюбивыми пришельцами со всего мира. Нет пределов человеческому тщеславию. Отметиться в Rum Doodle после удачного спортивного начинания стало традицией.
За стойкой бара на стене – главные достопримечательности: два фанерных стенда, испещренные автографами покорителей Эвереста. Здесь фотографии новозеландца Эдмунда Хиллари и шерпа Тенцинга Норгея, 29 мая 1953 года первыми достигших вершины. Имя Норгея, в частности, стало легендой для азиатов. В своей книге «Тигр снегов» он ответил на вопрос, мучивший мир: кто же все-таки первым коснулся высочайшей точки Земли? Оба хранили тайну. Признание Норгея, что он стал вторым, пробудило во мне огромное уважение к этому человеку. Особенно тронул его рассказ о зарытом в снег Эвереста огрызке простого карандаша – талисмане, подаренном маленькой дочерью перед восхождением.
 
В цене пашмина
Если у вас будет день-два на релакс после трека, не скупайте все подряд. Лучше присмотритесь, чтобы приобрести понравившуюся вещь после восхождения. Среди хитов продаж пряности, чай, благовония, изделия из текстиля, танка, поделки из сандалового дерева, бронзовое литье, ковры. Кстати, их размеры не пугают туристов. Изделия 1,5х2,0 м легко сворачиваются в кулек размером 20х30 см (что меня совершенно потрясло). Сверток этот тяжелый. В аэропорту Катманду норма багажа – 20 кг на персону, а за каждый килограмм сверху нужно платить около 10 долларов.
Ценятся изделия из нежнейшей шерсти горных лам – так называемой пашмины. Дизайн их, к сожалению, оставляет желать лучшего, но качество (мягкость, тепло) вне конкуренции. Шапки, носки, перчатки, шарфы из шерсти яков также увозит домой чуть ли не каждый турист. Они немного грубоваты, но, выполненные в национальном стиле, смотрятся потрясающе. Увидев вас в такой шапке на лыжной тусовке в Домбае, Шамони или Гармиш-Партенкирхене, конкуренты попадают в обморок от зависти.
Чего покупать не стоит, так это гурхские ножи – кукури, громоздкие и плохого качества, а также одежду для трекинга – рюкзаки, куртки, брюки, особенно обувь. Все подделка.
 
Перед треком
Треки, связанные с Аннапурной, начинаются с перелета в Джомсом. В аэропорту много военных. Проверяют все по нескольку раз. У нас забрали зажигалку и аккумуляторы для видеокамеры, пообещав вернуть после полета. В общем, борьба с терроризмом идет полным ходом. Перелет занимает 20 минут. Лететь по коридору между семи- и восьмитысячниками на высоте 4000 м, наслаждаясь панорамой Гималаев, – это незабываемо.
Кстати, можно купить и экскурсию к Эвересту. Представьте, как сквозь густую облачность в иллюминаторе вырастают нечеловеческих размеров вершины, покрытые слепящим глаза снегом! Понимаю альпинистов, взирающих на это великолепие. Там, на высоте, открывается особый смысл жизни.
Но вот и Джомсом – крупная деревенька, примечательная наличием действующей военной базы. Вооруженных до зубов солдат нередко можно видеть на утренних пробежках. В Джомсоме туристы встречаются с горным проводником и портером (носильщиком). Однако те, кто имеет опыт походов, предпочитают «автономный» трек. Это позволяет быть более мобильным в выборе маршрута и сэкономить на услугах агентства.
Нас с Катей сопровождали 24-летний проводник Бинай и 17-летний портер Удэо. Одежда, шлепки на босу ногу (при минусовой температуре!) и подаренный кем-то рюкзак – все его имущество. Бинай же – образованный шерп, владеющий несколькими языками, – один из немногих в Непале международно сертифицированных горных проводников, что позволяет ему ходить на восьмитысячники. Идем налегке, с собой только фото- и видеокамеры, бутылка с водой и теплая куртка на случай резкой смены погоды – все остальное у портера.
…На выходе из Джомсома ждет первый чек-поинт, где нужно предъявить разрешение. Со временем оно покрывается множеством штампов, печатей и росписей, которые ставят в пунктах проверки и регистрации трекеров.
 
Молитвенный барабан
Дорога идет по дну каменистого ущелья, кое-где пересекаемого ручейками Кали Гандаки. В сезон дождей река разливается во всю ширь. А миллионы лет назад здесь было море, о чем свидетельствуют останки аммонитов юрского периода – камни с впечатанными в них моллюсками. Справа сияет снегами ослепительная Нилгири, слева – восьмитысячник Даулагири. Но нужно торопиться. Вскоре в ущелье поднимется сильный ветер, который хотя и будет дуть в спину, доставит немало хлопот.
Кагбени (в переводе – воронье слияние рек) – поселение с культовыми постройками XVII–XVIII веков, расположенное в одном из самых живописных мест, на перекрестке путей к Верхнему Мустангу и перевалу Торунг Ла. Здесь привыкли к вниманию трекеров, и нет недостатка в отелях и гестхаусах (guest house). Стоимость номеров – от 50 до 150 рупий в сутки. В небольшой комнате на двоих из мебели – две кровати и столик. Душ и туалет могут быть как private, то есть в номере, так и общие (common). Шанс принять душ тоже есть – на крыше отеля стоят черные пластиковые бочки, в них вода нагревается от солнца. Главное, успеть помыться, пока всю ее не использовали другие постояльцы.
И так по всему маршруту. Расходы стоят примерно 1000 рупий в день на человека. В период нашего пребывания курс непальской рупии к доллару США был равен 76–78.
Вечером в ресторанчике гестхауса туристы, проводники и портеры, греясь у печки, обсуждали новости. Беседа была серьезной, вопросы – глобальные. Выводить ли войска из Ирака? Что делать с ценами на нефть? Как починить адронный коллайдер? Каковы пути выхода из мирового финансового кризиса? Как только регламент был исчерпан, разбрелись по холодным комнаткам.
На выходе из Кагбени все крутят молитвенные барабаны. Внутри каждого – написанная на бумаге мантра. Такие барабаны можно встретить везде – в домах, на улицах, на горных тропах. Прокрутил – прочитал молитву.
 
«Боб Марли»
От Кагбени до Муктината около пяти часов ходьбы. За это время придется пройти около 15 километров и подняться наверх примерно на километр. Идем друг за другом. Главная задача – удержать дыхание и пульс не выше 120 ударов в минуту (высота уже около 3500 м). О разговорах и тем более сигаретах приходится забыть.
При подходе к Муктинату встретили индусов, совершающих паломничество к храму Вишну. Они объяснили, что у одного из них началась горная болезнь, поэтому они повернули назад, вниз, где больше кислорода. Мы поделились с ними питьевой водой и настойкой элеутерококка.
Если дорога окажется не по силам, можно провести ночь в деревнях, расположенных по пути. Особенно хороша Джаркот. Ну а если вы страдаете от горной болезни, можете вообще не дойти туда. Но дойти стоит. Муктинат, расположенный на высоте 3710 м, – самая высокая точка Нижнего Мустанга. Над городом нависает горный перевал Торунг Ла. Обычно его преодолевают с обратной от города стороны. Достичь перевала со стороны Муктината за один световой день считается сложным, но мы решили рискнуть. В конце концов, всегда можно повернуть назад.
Муктинат – известный центр паломничества у индусов и буддистов – вытянулся вдоль единственной улицы. Выбор отелей не так велик, как в Кагбени, но без ночлега никто не остается. Самое популярное у европейцев место остановки – отель «Боб Марли», примечательный портретами легендарного певца и соответствующей музыкой в ресторане. Здесь никогда не бывает безлюдно. За 50 рупий в сутки вы обретете комнатку без удобств на втором этаже с двумя кроватями и маленьким окошком с видом на горы. Постарайтесь раздобыть у хозяев второе одеяло: ночи здесь холодны, и может выпасть снег. На первом этаже расположен ресторанчик с весьма богатым меню.
 
Как там Путин?
После короткого отдыха, несмотря на усталость, решаем подняться к храму Вишну, расположенному на сто метров выше деревни. В течение получаса, болтаясь в хвосте у Биная, карабкаемся к храму. Высота – 4000 м. Наконец доползли. Белый храм с золотой крышей и двумя маленькими бассейнами покоится в тени старых вязов. Рядом горит вечный природный огонь, а из каменной ограды бьют 108 источников со святой водой. Кто коснется ее, будет счастлив весь год. Пообщались с монахами. Интересуются, как там Путин: мол, гуд? Улыбаются.
Вообще, рассказы о нашей жизни пользовались в Непале популярностью. Бинай переводил с английского на тибетский и наоборот. Не знаю, какую отсебятину он нес, но иногда местные заливались смехом и говорили: «Ну и горазды врать!». Да и как им, выросшим в горах, реагировать на россказни о городской жизни, метро, автомобильных пробках или аквапарках. В ответ шерпы рассказывали про Шамбалу, йети, черную обезьяну и золотого дракона. И мы верили в их истории так же, как они в наши.
…Горы завораживают своей мощью. Неповторимы рассвет и закат. Когда последний луч скрывается за близлежащим семитысячником, можно потеряться в метре от домика. А звезды!.. При чистом небе часа в два ночи они так близки, что, кажется, руку протяни – достанешь. У нас звезды размером с копейку, в Гималаях – с большие плафоны. Совершенно уникальное зрелище.
 
Перевал Торунг Ла
По версии непальских путеводителей, Торунг Ла – самый высокий горный перевал в мире. Он расположен на высоте 5416 метров над уровнем моря и столь же красив, сколь труден. За навесными мостами начинается один из самых сложных участков на всем треке – многочасовой подъем в гору. Идти быстро не получается, организм настойчиво требует кислорода.
Во второй половине дня скорость перемещения снизилась до минимума. Мы отдыхали на каждом камушке. Нас обгоняли портеры с тяжелыми корзинами, привязанными к голове. Тропа тем временем уходила все выше, достигая зоны снегов. Кое-где она пропадала. Начиналась «сыпуха» – участки мелкого гравия. По ним нужно только бежать, иначе уплывешь вниз с мини-лавиной. Технически подъем несложен и не требует навыков скалолазания, но ввиду всевозрастающего кислородного голодания дается все тяжелее. Особенно трудно на участке выше 5000 м. Приходится останавливаться через каждые 20–30 м. А после остановки все труднее заставлять себя идти дальше.
Насквозь промокла одежда, жарко и душно. А на склонах снег, и в тени по-настоящему холодно. Наконец показался каменный домик, разноцветные флажки, люди. Перевал взят! От усталости валимся в снег. Какие слова подобрать, чтобы описать наши чувства? Мы смогли! Мы преодолели Гималаи! Видели бы вы глаза туристов, осиливших трек. Они горят, в них восторг и радость. И не важно, русские они, американцы или французы. Счастье на всех одно.
Восемнадцать прекрасных дней вояжа по колыбели человечества позади.
– Э-эх, – вздыхает Катя, – на границе буду плакать.
Ночуем в Муктинате. Завтра в Джомсом, откуда возьмем курс на Покхару – Катманду – Доху – Москву – Норильск.
Непальцы – набожный народ
Такие виды – награда для трекера
Почти родственники
0

Читайте также в этом номере:

Будущие менеджеры (Инна ШИМОЛИНА)
Будьте бдительны! (Ален БУРНАШЕВ)
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск