Понедельник,
24 июня 2019 года
№6 (4675)
Заполярный Вестник
Бесконечная красота Поморья Далее
Гуд кёрлинг! Далее
Экстрим по душе Далее
С мечом в руках Далее
Лента новостей
15:00 Любители косплея провели фестиваль GeekOn в Норильске
14:10 Региональный оператор не может вывезти мусор из поселков Таймыра
14:05 На предприятиях Заполярного филиала «Норникеля» зажигают елки
13:25 В Публичной библиотеке начали монтировать выставку «Книга Севера»
13:05 В 2020 году на Таймыре планируется рост налоговых и неналоговых доходов
Все новости
День как день
СПЕЦИАЛЬНЫЙ РЕПОРТАЖ
16 июня 2008 года, 14:51
Фото: Николай ЩИПКО
Текст: Сергей МОГЛОВЕЦ
В России, как известно, пьют и в будни, и в праздники. Насколько «пьяным» для норильчан оказалось официальное торжество – День России, журналисты «Заполярного вестника» выясняли 12 июня в городском медвытрезвителе.
Это не День металлурга…
Сначала журналисты прошлись по городским улицам. Празднование, как нам показалось, шло вяло. Явно не 9 Мая и не Новый год. Большинство промтоварных магазинов было открыто, не говоря уже о продуктовых. Строительный магазин «Стройград» работал по будничному расписанию – до 22 часов, и покупателей в нем было не меньше, чем в обычный день. Магазин «Гольфстрим» закрыли в День России на час раньше.
– Идете праздновать? – спросили мы продавца.
– Иду поминать СССР.
А рядом с боулинг-клубом «Африка» на бетонном фундаменте рекламной тумбы притулились с двухлитровой баклажкой дешевого жигулевского пива двое битых жизнью мужчин. Один показывал другому удостоверение офицера запаса и рассказывал о службе – сначала в Афганистане, а потом еще в трех горячих точках.
– Как вы относитесь к Дню России? – спросили мы служивого-ветерана.
– Хорошо отношусь. Если б не одно но…
И прочел нам неожиданно грамотную (для человека, пьющего пиво из горла на бетонной ступеньке) лекцию об отторгнутых, по его мнению, у России областях, отошедших к Казахстану, Украине и т. д.
– Я из казаков, – сказал нам бывший военный. – И в каких границах была Российская империя, знаю хорошо. Я за День России, но в прежних границах.
После восьми часов вечера на норильских улицах почти не осталось людей. Киоски и палатки свернули и так не особо бойкую торговлю, а на проезжую часть вышли люди в оранжевых жилетах с метлами. Спросили у таксиста, подвозившего нас в медвытрезвитель, почему, по его мнению, народу на улицах почти нет?
– Так холодно, – ответил он.
– А в прошлом году на День металлурга еще холоднее было и дождь шел. А народ гулял толпами.
– Ну вы сравнили, – ответил таксист, – то ж День металлурга был – это праздник, а то – День России.
 
Восставший из могил
К девяти часам вечера в норильском медвытрезвителе находилось всего три клиента. Они крепко спали в палатах (в вытрезвителе не камеры, а палаты) на дерматиновых кроватях и не реагировали на попытки журналистов поговорить «за жизнь».
Один из первых вызовов в День России поступил в вытрезвитель из… морга. Оповестил милиционеров бдительный сторож:
– Шарахается кто-то по кладбищу: то к моргу подойдет, то к могилам. Судя по всему – в дымину. Мужчина или женщина? А кто его разберет, нечистую силу. Приезжайте и сами выясняйте.
Ловить то ли пьяного, то ли вурдалака отправился милицейский наряд. Приехали достаточно быстро, но никого на территории кладбища не обнаружили. Обошли поминальные доски у колумбария, проверили ближний ряд могил, объехали здание ритуального зала и морга. Никого. Так что выяснить, представитель потусторонних сил явился сторожу или действительно пьяный забрел на погост, не удалось.
Комичной история выглядит только на первый взгляд. Подвыпивших людей с кладбища сотрудникам медвытрезвителя приходится забирать довольно часто. Старший сержант Владимир Комаров, работающий в вытрезвителе уже 17 лет, говорит:
– Как правило, с кладбища людей мы в вытрезвитель не доставляем. Не так давно забирали пожилую женщину. Недавно похоронила сына. Пришла на могилу и по русской традиции помянула – выпила совсем немного, а ноги не идут. Так и сидела на дороге, пока мы не приехали. Мы, конечно, довезли ее до дома и даже помогли подняться на этаж.
 
«Пьяный трон»
Мощность норильского медвытрезвителя неизменна уже много лет – 21 койко-место. Матрасы для особо невменяемых граждан лежат прямо на полу – чтобы в пьяном бреду не упали с кровати и не разбились. Имеется и особое приспособление – «пьяный трон», а если говорить протокольным языком – кресло для принудительного удержания особо буйных клиентов. Крепкое металлическое кресло действительно напоминает своим видом трон. Ноги буяна фиксируются ремнями к его ножкам, а руки – к подлокотникам. Но применяют это приспособление в исключительных случаях. Обычно сценарий поведения клиентов вытрезвителя похож: невменяемость, немного буйства, а потом пьяные слезы и крепкий сон.
Сценарий поведения после вытрезвителя тоже часто типичен. Сначала скандал: «Забрали трезвым! Ограбили! Избили!». После демонстрации «потерпевшему» видеозаписи пьяного куража (процесс поступления перепившего гражданина в вытрезвитель и временного изъятия у него материальных ценностей и документов фиксируется на видеопленку, которая сохраняется в течение месяца) почти все снимают претензии и уходят, пряча глаза от стыда: неужели это был я?
– Мы определяем три степени опьянения: легкую, среднюю и тяжелую. Особо тяжелых граждан отправляем на «скорой помощи» в реанимацию оганерской больницы «откапываться», – рассказывает дежурный фельдшер медвытрезвителя Леонид Марунич.
Инспектор-дежурный вытрезвителя старший сержант Дмитрий Кобяков по нашей просьбе вспоминает «смешную историю»:
– На день выборов в Госдуму, 2 декабря прошлого года, доставили в вытрезвитель совершенно голого избирателя. Одна нога в тапочке, а вторая – в ботинке. Пьяный в умат. Отправился в таком виде на избирательный участок. Но – оказался не нашим клиентом. Фельдшер быстро определил, что он на учете в ПНД, туда мы его и переместили.
 
Здравствуй, Вова!
На пульт поступает вызов: на Павлова, 15, в грязи лежит человек. Дежурный «уазик» с милиционерами и журналистами мчится по адресу. Мужчина в кожаной куртке лежит лицом вниз, испачкан кровью, на руке часы с кустарным браслетом «зековской» работы. Милиционеры приступают к осмотру. Пьяный едва реагирует – взгляд бессмысленный, связной речи нет, на голове рассечения и кровь. Может нужно скорую вызывать? Дежурный наряд, проверив пульс и зрачки, принимает решение везти в вытрезвитель.
У дверей вытрезвителя клиент оживает. С испугом смотрит на милиционеров, выводящих его под локотки из машины, и заплетающимся языком спрашивает:
– Б-бить буд-дете?
Но никто клиента не бьет, он поступает к дежурному фельдшеру и тот обрабатывает ему раны. Из кармана у пьяницы вываливается «чекушка» водки и разбивается о кафельный пол. Клиент впадает в агрессию, замахивается кулаком то на милиционера, то на доктора:
– Я бился и буду биться. Я – крутой!
Помощник дежурного старший сержант Александр Марченко узнает в поступившем постоянного клиента:
– Здравствуй, Вова! Ты почему буянишь?
Пятидесятилетний Вова утихает, смотрит на милиционера, как на родного, тянет к нему руки, а потом начинает взахлеб рыдать. Фельдшер констатирует среднюю степень опьянения. А какая же тогда тяжелая?
 
Проверка на вшивость
Постоянные клиенты в вытрезвителе есть, но скидок и дисконтных карт для них не предусмотрено. Легенда норильского вытрезвителя – гражданин по фамилии Вшивцев (фамилия подлинная. – Авт.), 1971 года рождения. С начала 2008 года он поступал в медицинский вытрезвитель уже… 60(!) раз. Однажды в течение суток его доставляли трижды. Еще 45 суток в этом году он отбывал административное наказание – общественно-полезные работы. Гражданин, как вы понимаете, бомж. Как тут не вспомнить о существовавшей когда-то практике – лечебно-трудовых профилакториях. Для таких людей это была хоть какая-то надежда на возвращение в нормальную жизнь.
Стоимость услуг медвытрезвителя остается неизменной уже 12 лет. По указу главы Норильска от 1 февраля 1996 года, она составляет 420 рублей. Помимо этого выписывают административный штраф за появление в общественном месте в нетрезвом виде – от 100 до 500 рублей. Забрать пьяного человека из собственной квартиры милиционеры медвытрезвителя не имеют права.  
– Постоянных клиентов у нас достаточно, – рассказывает фельдшер Леонид Марунич, – в том числе и женщин. Многие просят милостыню у церкви, а потом, истратив ее на бутылку, поступают к нам. Некоторых граждан мы не берем – это больные педикулезом, чесоткой, имеющие платяную вошь. Их мы фиксируем в журнале и отвозим по месту жительства.
– А если места жительства нет?
– Ну, зимой на улицу, конечно, не выкидываем – ждут отрезвления в коридорчике. Но это большая проблема для вытрезвителя. Ведь к нам попадают порой и вполне добропорядочные люди – работяги и отцы семейств. Представьте, если они уйдут из нашего заведения и принесут в семью чесотку или вшей?  
 
Сержант разбудит, как человека!
Для Норильска – города северного – спор об этичности и полезности вытрезвителя, который ведется в некоторых южных городах, неуместен. На Крайнем Севере вытрезвитель, как показывает практика, и этичен, и полезен. Недаром книга отзывов, имеющаяся здесь, наполнена… благодарностями. Причем не анонимными. Протрезвевшие клиенты подписываются полными именами и фамилиями, с указанием даты и личной подписью. А что еще может написать пришедший в себя человек, которого накануне подобрали в сугробе в сорокаградусный мороз? Вот и пишут: «Спасибо, что не дали замерзнуть». Благодарят и за сохраненные деньги и ценности. Самая крупная сумма, возвращенная пьянице, – 260 тысяч рублей. Случилось это шесть лет назад. В последние годы с переходом на пластиковые карты фигурируют суммы временно изъятой наличности поменьше: 3–5 тысяч рублей.
Попадают сюда и иностранцы, и крупные начальники, и дамы в бриллиантах и норковых шубах. Как говорится, не зарекайся от тюрьмы, сумы и… вытрезвителя. Всем, независимо от социального статуса, полагается две чистые простыни и медицинский осмотр каждые два часа. По требованию выдается одеяло. Некоторые требуют телефон и адвоката. Не обязательно это люди со связями. Часто клиент, грозящий юристом и карой от самого начальника УВД, оказывается простым бомжем, а смирный клиент без претензий – большой «шишкой».
Дежурный ведет за палатами видеонаблюдение, и если клиент проснулся, фельдшер пойдет осматривать его раньше положенного срока: может уже пора отпускать домой? Некоторые, проснувшись поутру, просят опохмелиться. Вот этого здесь нет.
За сутки – в День России и последовавшую за ним ночь – в норильском медвытрезвителе побывало восемь человек. Ни много ни мало – цифра вполне среднестатистическая.
Для постоянных клиентов медвытрезвителя нет скидок и дисконтных карт
“Покажи-ка доктору глазки...”
Сегодня в палатах просторно – ложись хоть поперек кровати
0

Читайте также в этом номере:

Удался на славу (Анастасия БОРИСОВА)
911 (Эльдар Ахмадиев)
Горсправка
Поиск
Таймырский телеграф
Норильск